Он задумался, затем сел, прислоняясь к стене.

— Иди сюда.

Крид притянул меня к своей груди так, чтобы я не могла смотреть на него и глубоко вздохнул.

Сэйлор говорила мне, что Крид очень хорошо поёт, и я поверила; даже в низком рокоте его голоса звучали величественные нотки. Но ничто не могло подготовить меня к чистому и прекрасному звучанию мелодии, которую он создавал. Я узнала песню, это была страстная версия «Have You Ever Seen the Rain». И я подумала, не выбрал ли он эту композицию потому, что его имя совпадало с названием группы. В своей жизни я слышала довольно много пения вживую. По большей части это были механические, поверхностные исполнения. То, что Криденс мог сделать с песней, было редкостью. Исчезла вся твердолобая сдержанность, которой он обычно прикрывался. Он чувствовал каждую ноту, которую пел, заставляя почувствовать всё и меня тоже.

Я не шевелилась до последней ноты, с надеждой, что он начнёт другую песню. Но Крид просто вздохнул и поцеловал меня в плечо. Я повернулась и нашла его рот. Мы долго целовались, а потом он нежно перевернул меня и раздвинул мои ноги. В итоге он сделал именно то, что собирался сделать, когда постучал в мою дверь сегодня вечером; заставил меня кончать, пока я не закричала, а затем уснул на моей груди, взяв всё, что ему было нужно.

Сон долго ускользал от меня. Я слушала дыхание Крида, восхищаясь сильными мышцами, поднимающимися и опускающимися под моими руками. И тогда начала осознавать нечто пугающее: я могу влюбиться в Криденса Джентри. Я могу влюбиться в него так сильно, что, возможно, никогда больше не встану на ноги.

Я была уже на полпути к цели.

Глава 18

Крид

Я ушёл от неё до восхода солнца. В темноте комнаты Трули пыталась удержать меня в замешательстве, а я не знал, что ей сказать. Лишь провёл рукой по её волосам, когда она сонно посмотрела на меня, вернув голову на подушку.

— Осторожно, не выпусти кошку, когда будешь уходить, — произнесла, слегка улыбаясь. Именно эту фразу Трули сказала мне после нашей первой совместной ночи.

Я поцеловал её и встал. Та первая ночь должна была стать единственной. Теперь я понятия не имел, что, чёрт возьми, произойдёт. Я не искал ничего подобного. Несколько месяцев назад я спокойно стоял в стороне и наблюдал, как из-за девушки потерял голову брат. Никогда не думал, что безумие настигнет и меня.

Но вот оно. Даже если Трули реально выводила меня из себя — как сделала прошлой ночью, когда отстранилась и надулась, — я всё равно думал, что она чертовски идеальна. Каждое её слово привлекало моё пристальное внимание, а все движения девушки были прекрасны. Одной мысли, что другой мужчина когда-нибудь прикоснётся к её телу, было достаточно, чтобы в моей голове звенело, а кулаки сжимались. Я вдруг понял, что больше не смотрел ни на одну другую женщину после того, как увидел Трули Ли в «Дыре».

Не знаю, понимала ли она, как сильно держала меня за яйца. Что должен сказать мужчина, чтобы донести эту мысль до женского сознания? Должен ли он вообще что-нибудь говорить?

«Тем более что я, вероятно, не проживу долго».

Мысль мрачная, но я не мог от неё отделаться, вспомнив, во что превратился Эмилио.

Проклятая кошка снова уставилась на меня. Теперь она казалась менее враждебной, или, может, я сам стал таким. Я опустился на колени в гостиной, и животное моргнуло, прежде чем подкрасться ближе; вспомнил, что её звали Долли. Она замурлыкала под моей рукой и попыталась подойти ближе.

— Я же говорил тебе, что это ещё не конец, — прошептал я, странно довольный тем, что зверюга, очевидно, решила, — я неполный отстой. Прежде чем уйти, я погладил ещё немного её шелковистый мех.

В утреннем воздухе чувствовался намёк на осеннюю прохладу, но я знал, позже станет жарко. В этих краях солнце палило всегда.

По дороге домой мне встретились несколько человек. И уже добравшись до входной двери, я вспомнил, что у меня нет ключей. Прошлой ночью я перепрыгнул прямо через стену заднего дворика, когда услышал, как Корд и Сэйлор в порыве страсти начали срывать друг с друга одежду. Мои ключи, скорее всего, лежали на диване, куда бросил их перед уходом.

Я обошёл вокруг дома и залез во внутренний дворик в надежде, что дверь всё ещё будет открыта, как я и оставил. Вместо этого, я столкнулся с Чейзом.

— Какого чёрта ты здесь делаешь?

Он поднял бутылку, стоявшую в тени. — Пью пиво.

— В шесть утра?

— Верно. Хочешь?

— Нет.

Чейз улыбнулся и сделал длинный глоток. Я подождал, пока он проглотит.

— Ты ждал меня?

Чейз посмотрел на заходящую луну. Близился рассвет.

— Я разговаривал с Кордом.

Я прислонился к стене и потёр глаза. Они горели. Мне нужно было поспать.

— И где Корд?

— Он вернулся в постель.

В темноте Чейз глубоко вздохнул. Я чувствовал на себе его взгляд.

— Тебе понравился бой?

Я ответил не сразу, потому как не хотел говорить вообще. Хотел просто выбросить этот эпизод из головы.

— Парень здорово облажался, — признался я.

Чейз издал странный смешок.

— Облажался. Да, именно так.

— Ты что… ты там был, что ли?