— Одного не пойму, он был так уверен в собственной безнаказанности? Глава Службы Безопасности не мог не знать о скрытых каталогах, — Эдмунд озадаченно смотрел на гору распечаток на столе. — Фернан был кем угодно, только не глупцом.

— Конечно нет, напротив. Слишком расчетливый, хладнокровный мерзавец, — Громов подошел к окну. — Он знал, что в конечном итоге все эти данные окажутся у него в руках. Если бы что-то сорвалось и Арман поручил начать расследование, все замкнулось бы на Фернане, как главе Безопасности, и он бы легко их уничтожил. Или уже лично получил бы доступ к каталогу, надев корону. Ради чего все это и затевалось. Однако на Арагон вернулся император Александр, Салливана со дня на день ждет арест, и Фернан запаниковал. Я был почти уверен, что это он, но для доказательств мне нужен был «черный кейс».

— Значит, ты бы все равно рассказал мне, что ты мой брат? — спросил Сандро.

— Сначала я убедил бы тебя вскрыть каталог, а дальше не знаю. Хотя… Пару раз я чуть не признался тебе там, на «Невидимке», но не хватило духу. Я рад, что ты догадался сам.

— А зачем Фернану сдался Салливан? — не мог понять Дэн.

— Чтобы избавиться от Эдмунда, Данил. Твой отец был у него как кость в горле, Фернан опасался, что он со временем доберется до правды. Пока Эдмунд поддерживал Фернана, он ему нужен был, чтобы заполучить трон, а затем с помощью Салливана Фаэльри собирался подставить маршала. Уверен, идея с атомными бомбами принадлежит Фернану. Потом он и Салливана бы слил, в этом нет сомнения.

Громов обошел стол, подошел к Александру и облокотился о спинку его кресла. Император с самым разнесчастным видом смотрел на лежащие перед ним распечатки.

— Но здесь нет ничего, что доказывало бы его причастность к твоему похищению, — Эдмунд продолжал перебирать бумажные шуршащие ленты. — Он ведь тогда не работал в службе?

— Нет. У нас нет доказательств, что это он передал меня пиратам, однако, сейчас это не главное. Мне важно другое. Убийство императора и его семьи предполагает смертный приговор, и он без сомнения будет вынесен, доказательств у нас достаточно, — Громов кивком указал на стол. — Но правление Александра не должно начаться с казни родного дяди. И я этого не допущу, с нас обоих хватило Кэрола. Саша, ты можешь потребовать для Фернана Фаэльри межпланетного судебного разбирательства.

Егор выпрямился и положил обе руки на плечи младшего брата, Сандро поднял на Егора полный надежды взгляд.

— А получится?

— Фернан государственный преступник, мальчики, — остановил их Эдмунд, — помимо убийства императорской семьи он повинен в подготовке мятежа и государственного переворота, он покушался на жизнь кронпринца, ведь Кэрола да Сарна вербовали его люди. Он повинен в разжигании гражданской войны. А если получится доказать его причастность к провокации с атомными бомбами…

Сандро снова съежился под руками Егора.

— К тому же, остается невыясненным, — продолжил Эгри, — действовал ли Фернан в одиночку или пользовался поддержкой своей семьи. Под угрозой целый род, мальчики, предстоит не самое легкое разбирательство, и вы хотите вынести это на межпланетный уровень? Такое решение императора — отдать Фаэльри под галактический суд — эрлы Арагона расценят как слабость.

Сандро закрыл глаза, Громов нахмурился:

— Насколько я понимаю, рассчитывать на сознательность Фернана и надеяться, что он тихо повесится у себя в камере, смысла нет? Тогда как вариант. Сердечный яд. Инфаркт наступает мгновенно, нужно просто предложить Фернану как альтернативу суду. Ты не будешь возражать, Саня?

Сандро не смотрел на брата.

— Ты не знаешь моего дядю, Егор. Ты думаешь, он так просто со всем согласится? Да он будет все отрицать и защищаться до последнего. И еще остальные Фаэльри подключатся.

Здесь уже не выдержал Дэн.

— Значит нужно его вынудить сознаться, — он встал напротив братьев и смотрел исподлобья. — Он должен подписать признание в убийстве. И в похищении принца Кристиана. И во всем остальном. А потом не нужен будет никакой суд. Или яд. Я сам его убью, Сандро. За Сельму. И за Лючи. Как при попытке к бегству.

Дэн не шутил, он и правда был готов хоть сейчас пристрелить Фернана Фаэльри, и ему надоело сокрушаться о том, как это ужасно. Просто теперь так.

— Кажется, я знаю, что нужно делать, — задумчиво потер подбородок Эдмунд. — Вызывай его на допрос, ваше величество, думаю, у нас все получится.

* * *

— Вот, возьми, надень — Эдмунд подал Егору белый императорский парадный мундир с нагрудными клапанами.

— Это твой, Саня? — Громов протянул руку. — Вроде великоват, или..

Его рука остановилась на полпути. Сандро отвернулся.

— Это мундир Армана, мальчик. В последний наш приезд он хотел его надеть, но оказалось, что пуговицы не сходятся. Арман расшумелся не на шутку, сначала уверял, что это села ткань, затем заставил меня поспорить с ним, что к следующему приезду он обязательно похудеет. Тогда пришлось везти мундир из Бадалоны, — Эгри улыбнулся воспоминаниям и бережно разгладил рукой клапаны. — Надевай, сынок. Арман был бы счастлив увидеть тебя в нем.