Хотя на самом деле эти две силы меркли перед усиленным Маскарадом, который позволял менять облики как перчатки, при этом даже получая доступ к суперсилам паралюдей. Такого обманщика было бы сложно вывести на чистую воду, особенно, когда тот мог похитить свою цель и притворяться ей, как в поттериане проделал Барти Крауч младший.

Для «ограбления» банка я взял обычную дорожную сумку, положил в неё несколько разных, почти случайных, предметов, которые мне не жалко было выкинуть или потерять. Не тратя время, я вернулся к Пикси.

– По страусам! Банк не ждёт!

– Ну, Мистер Джей, давай в другой раз ограбим банк…

– Не откладывай на завтра то, что можешь ограбить сегодня! Вперёд, покажем, кто тут настоящие суперзлодеи! – Я похлопал по страусам, обновляя их состояние.

Не смотря на нытьё и надувание губок, Оливия послушно залезла на страуса, и мы поехали к центральному банку Броктон Бей. Само здание было одним из старейших в городе с некоторой претензией на готику: гранитная облицовка, строгие линии окон. Но по мне просто экономия на архитекторах.

– Вот мы и на месте, - я спешился и поднялся по лестнице. – И почему у них такие низкие потолки? Только посмотрите – нельзя въехать на страусе, чтобы не врезаться головой во что-то.

Мы прошли внутрь. Наша компания с пернатыми животными вызвала недоумение.

– Вот оно логово зла. Сюда приходят люди, чтобы одеть на себя ошейник долгового рабства, чтобы платить, платить и платить так называемые проценты. На заводах люди производят товары, их труд – часть добавленной стоимости, но здесь нет производства, только эксплуатация. Есть даже пословица: дайте мне кольт, и я ограблю банк; дайте мне банк, и я ограблю весь мир.

Мы прошли к ресепшену. Страусы шипением отгоняли людей и охрану, не давая той помешать шоу. Самый ретивый охранник лишился своей дубинки, когда страус ловко выхватил её из его руки клювом. В этот момент второй страус вцепился в другой конец оружия, и они на пару разорвали-сломали дубинку. Если бы они могли ещё её эффектно проглотить и хищно облизнуться… Как знал, что медведи будут внушительнее, но несчастной охране хватило и этой демонстрации силы.

– Это ограбление! Можете бегать в панике и кричать – это поднимет рейтинги. Ну, давайте, вас что – каждый день грабят? – Я помахал руками. – Не стойте столбом.

Никто не спешил делать сказанное.

– Ну и ладно, - я подошёл к стойке, за которой сидела тёмноволосая женщина не старше тридцати в стандартной форме «белый верх, чёрный низ». – Здравствуйте, я здесь, чтобы ограбить банк, какие у вас есть предложения для нас? Меня интересуют наличные, чеки без предъявителя, ценные бумаги.

– У-уважаемые злодеи, я п-прошу вас не создавать проблем и покинуть банк, - неуверенно, словно не веря в собственную храбрость, сказала она.

– Как мило. Пикси, ты слышала, меня назвали уважаемым злодеем! Моя слава растёт день ото дня. Настанет день, и люди будут выстраиваться в очередь, чтобы отдать мне свои деньги и с гордостью говорить, что я их ограбил, - я приосанился и добавил гордости в голос. – Но до тех пор ещё случиться много невероятных и шокирующих преступлений, рождённых моим гениальным умом.

Я повернулся к камере.

– Вы можете думать, что злодеи здесь мы, но на деле тут нет праведников. Да будет вам известно, что мы находимся в филиале самых больших обманщиков и лжецов. Деньги, что выдают банки на самом деле дутые. Они только и делают, что раздувают денежную массу, обесценивая валюту и воруя тем самым у всех сразу. По своей сути это одна большая мафиозная структура, на вершине которой стоит ФРС. Когда доллар ещё был привязан к золоту, это было хорошо заметно. Именно банки с их кредитами вынудили отказаться от золотого стандарта. Как вы думаете, откуда берутся проценты по кредитам? Ответ прост – их несут кредиторы. По факту они не просто возвращают то, что вернули, но ещё и значительный кусок суммы сверху. Вы можете подумать о дебетовых процентных вкладах, мол, ваши проценты – это результат работы кредитной системы банка. Отчасти это так, но видите ли ваши денежки не просто так лежат в банке. Они «работают», вернее, участвуют в схемах отъёма вашего труда и жизней. Между реальной и цифровой денежной массой лежит огромная пропасть, и реальные деньги практически не оказывают никакого влияния. Украдём мы тысячи долларов или нет – не имеет значения. Основные «деньги» - это нули и единицы. И эти суммы постоянно растут. И пока они растут – вы беднеете. Они похожи на страховщиков, только одеты получше, и их бизнес куда шире. Давайте взглянем, что внутри сейфа?

Насвистывая случайную мелодию, я перебрался через стойку, схватив брюнетку за руку.

– Давай, милая, покажи, где тут у вас хранилище, - я предупредительно сжал её плечо, что должно было показаться ей стальной хваткой из-за силы Славы.

– Пожалуйста, не делайте мне больно… я всё сделаю.

– Добрым словом и пистолетом можно добиться куда большего, чем просто добрым словом.
– Я потрепал её по голове, мимолётно изучая Биокинезом, убеждаясь, что у неё не будет синяков от моей небольшой демонстрации силы. – Будь умницей и создавай проблем. К слову, я знаю, что тревожные кнопки были нажаты, копы и герои вызваны. Не волнуйся, я не буду использовать тебя или кого-то ещё как заложника или для демонстрации силы. В конце концов, я уже убедился, что герои этого города кучка дураков в трико. Кто не идиот, подчиняется идиотам, так что ничем не отличается от идиота. Было бы позором, если бы я не мог справиться с такой досадной мелочью, прибегая к грязным уловкам и нарушая кодекс.

Мы прошли к двери банковского хранилища. Страусы следовали за нами как преданные собачки, оттесняя своим существованием других и служа своеобразным щитом. Я коснулся птиц, чтобы обновить их состояние ещё раз – никогда не вредно делать это, так как их время существования ограниченно.

– Сколько закалённой броневой стали, технологий и труда и всё бесполезно, - я покачал головой. – Электронный замок, ключ, мелкие секреты, сигнализация… но против лома нет приёма.

Я кинул на пол мешок и достал монтировку, звякнув ей об взрывозащитную дверь.