Резкий поток ледяного воздуха заставил меня открыть глаза. Ощупав себя на предмет возможных повреждений, я удивлённо замер. Странно, но заклинание старика никак не повлияло на моё здоровье.

Рядом со мной раздалось удивлённое мычание. А вот и его источник.з

Брегг замер напротив, рот старика раскрыт, глаза навыкате. Похоже, пытается отойти от шока. Я поднялся с земли и, отряхнувшись от воображаемой пыли, решительно двинулся на обидчика.

– Стой на месте, мелкий гадёныш!
– перешёл на визг монах, спешно формируя новую руну.

Левый хук. Заклинание расплылось бесформенной кляксой сырой силы. Ударом колена в корпус заставляю старика рухнуть на землю. Склонившись над лежащим противником, хлопаю скулящего Брегг по щекам. Добившись осмысленного взгляда, хватаю его за грудки.

– Слушай сюда, Воландеморт недоделанный. Мне нужна форма, только и всего.

– Да-да, молодой господин, я всё сделаю, только не убивайте, - просипел старик.

– Так-то лучше, - произнёс я, отпуская монаха.

Позади раздался тихий шорох. Я обернулся и едва успел вскинуть руки в защитной стойке, прежде, чем на меня обрушился удар.

– Твою мать!
– выругался я, подскакивая на каменном полу.

Мстительный старик окатил меня ледяной водой.

– Очухался, мешок с дерьмом?
– поинтересовался Брегг.

– Не дождёшься, дедуля, - буркнул я, сплёвывая кровь из разбитых губ.

Мля, как же все болит. Наверняка, пока послушники тащили меня в подземелье, они не особо церемонились.

Я со стоном поднялся на ноги. Судя по болезненным ощущениям, едва я вырубился, как мстительный старик принялся немилосердно пинать моё бесчувственное тело. А потом меня принесли сюда

– Твоё счастье, что нас разделяет решётка, - прошипел Брегг.
– Руки чешутся, так бы и удавил тебя, - мстительным тоном произнёс он.

– Так что же тебе мешает?
– огрызнулся я.
– Старческая немощь? Или крохотные яйца?

Раздался злой рык Брегга. В бессильной ярости он нанёс несколько ударов по решётке.

– Спесивый щенок, я научу тебя послушанию1 Посидишь две недели на хлебе и воде и будешь как шёлковый.

– Ути-пути, какие мы грозные, - передразнил я монаха.

– Веселись, сопляк, через пару дней ты будешь вылизывать мне сапоги в надежде получить порцию воды и хлеба, - пообещал старик.

– Если ты такой смелый, может, войдёшь в камеру, и поговорим?
– предложил я взбешенному монаху.

Брегг хрипло рассмеялся. Вытирая выступившие слёзы, он отрицательно покачал головой.

– Через три дня ты станешь слабым. Местные крысы любят свежее мясо.

Они сожрут тебя заживо и растянут обглоданные кости по своим норам.

Мне даже не придется марать руки. Нужно лишь немного подождать. Так что, щенок, наслаждайся тюремным гостеприимством, пока можешь.

Я подошёл к решетке, что заставило монаха отпрянуть вглубь коридора. Брегг погрозил мне пальцем. Закипая от ярости, я прорычал:

– Слушай сюда, сморчок вонючий, если ты такой крутой, заходи ко мне и поговорим как мужик с мужиком!

Старик потоптался на месте, явно не решаясь приблизиться.

– Неужели ты меня боишься?
– ехидным голосом поинтересовался я.

Старик покачал головой, но по его лицу было видно, что он отчаянно трусил, однако, мои слова его явно задели. Он осторожно подошёл ближе, скорчил злобную гримасу и прошипел:

– Будь моя воля, я бы вздёрнул тебя на дыбе. Жаль отец-настоятель это не одобрит. Но не беда. Я навещу тебя через пару дней. Думаю, тогда ты станешь куда сговорчивее.

Сказав это, Брегг развернулся ко мне спиной и, насвистывая незатейливый мотив, двинулся дальше по коридору. Похоже, монах надеялся, что я его окликну и буду молить о прощении. Как бы ни так.

Прошло меньше минуты, и худощавая фигура, освещённая небольшим магическим светляком, скрылась за поворотом коридора. Затем мой чуткий слух уловил шаркающие по лестнице шаги. Лязгнул металлический замок, и я остался в одиночестве.

Подойдя вплотную к решётке, я прижался к ней лицом, чтобы лучше рассмотреть подземелье. Взору открылся длинный сырой коридор с десятками камер. Дальняя часть карцера терялась во мраке, туда не достигал свет от редких магических светильников.

Обернувшись, я рассмотрел обстановку камеры и разочарованного хмыкнул. На стене болтаются ржавые кандалы, под ними, на полу, валялись чьи-то массивные кости и какое-то тряпьё. В углу лежит грязное одеяло. Ни ведра с водой, ни какой бы то ни было еды.