— Любомир ты что предатель? Откуда ты знаешь этот дьявольский язык?

— мне стыдно, что я с вами родился на одной земле. Ноги моей больше у вас не будет. — ответил Любомир и подошел к своему столу, где сидела Радка и Дионисий.

— идём домой.

— что вы задумали делать с этими чужаками? — со страхом спросил Дионисий. — Зачем вы им что-то пообещали? Вы хоть понимаете кто такие крестоносцы и как они опасны? Господи Любомир у вас супруга беременная, ей скоро рожать, а вы связываетесь с головорезами, вы что совсем ума лишились?

— возможно Дионисий, но кажется мне — это нормальные люди.

— нет среди крестоносцев нормальных людей! Все они потерянные души и убийцы! Вам надобно больше новости слушать от людей! То, что они натворили в Константинополе войдёт в историю, как самая ужасная резня в истории человечества! Помните, я рассказывал об Александре…

— Дионисий не начинайте… Я вас прошу. Давайте выйдем и поговорим с ними. Там всего двое мужчин, причём здоровяк с поломанной рукой, я видел, что он едва шевелил пальцами, я его убью, прежде чем он заикнётся в нашу сторону, если потребуется. Но, для начала нужно расспросить их, кто они и откуда. Так как они крестоносцы, есть вероятность, что они много знают о планах этих нелюдей и могут нам прояснить ситуацию в который мы все оказались.

— вот именно! Нелюдей! Не глупите Любомир, бросьте их и давайте выйдем чёрным входом домой, пока не поздно!

— там же женщины Дионисий! Вы видели какие они перепуганные? Они ведь голодают!

— Бог с вами мальчик! Это наверное их рабыни, которых они силой выкрали с Константинополя. Они продадут их, как только доберутся до порта, я вам зуб даю! Знаете как пользуются спросом женщины с Византии?

— оставьте эти подробности у себя уважаемый друг. Я не желаю этого знать. Рабыни в мантиях монахинь? Если бы они были рабынями, их бы одели в тряпье обычных крестьян, не привлекая внимания встречных духовников. Ладно. Оставайтесь здесь, я с ними сам поговорю.

— не нужно самому ходить Любко! — возразила Радка.

— вы тоже мне не верите, что они нормальные люди?

— не знаю Любко… Мне страшно, тот рыцарь такой огромный, я тоже слышала нехорошие истории о крестоносцах. Но, я лучше вас понимаю латынь, если что, я могу подсказать того, что вы не поймёте!

— хорошо, будете стоять за мной. Подальше от нас, на случай если Дионисий прав, хотя я в этом очень сомневаюсь.

— вы говорили, что Иван дурак, но вы ничем не лучше Любомир! — возразил напоследок грек.

Троица вышла вслед за незнакомцами и встретилась на внешнем дворике, где горело пара факелов, освещая грунт, усеянный зелёной травой. Монашки стояли рядом друг с другом, француз нервничая ходил кругами, и только Карло молча ждал Любомира. Любомир оставив позади себя, Дионисия и Радку, подошел к здоровяку и начал допрос.

— давайте начнём сначала. Как вас зовут и кто вы?

— меня зовут Карло Феросси, рыцарь ордена меченосцев города Палермо, что находится в Сицилии. Это граф Симон де Монфор, честный и справедливый муж из Франции, также как и я, участник этого проклятого похода. А это бедные служительницы Византийского монастыря, которые были преданы надругательствам французскими рыцарями и спасены нами. На монастырь, как и на прочие здания, были учинены зверские нападения. Из тринадцати женщин выжило только трое, которых мы спасли. — закончил Карло.

— мать честная! Любомир, это добром не кончится! — сказал Дионисий из-за спины, обнимая Радку за плечи. — Он врёт! Как дышит! Я не верю ни единому его слову!

— помолчите Дионисий! Объясните мне рыцарь, вы просили еды у корчмаря, почему мы должны вам поверить? Про крестоносцев ходит злая слава. — спросил Любомир, глядя в глаза крестоносцу.

— так и есть, я не буду отрицать! — встрял Симон. — То, что произошло в Константинополе это верх безумия! Крестоносцы это скот, который пошел за наживой, покосившись на несметные богатства Византии, их повелители ничем не лучше Иуды, они предали всех нас, кто верил в Бога и хотел идти в этот поход во славу Христа и творить подвиги. Мне сейчас стыдно признавать себя крестоносцем! Вместо подвигов, почти все наши братья окрасились кровью невинных жертв, таких же христиан, а наши повелители в лице Бонифация и Балдуина восседают на тронах и радуются, тому как нас провели!

— это очень яркая речь! Но, всё равно вы похожи на типичного головореза! — крикнул Дионисий из-за спины Радки.

— да как вы смеете меня обзывать головорезом! Вы подлец! Я и Карло Феросси… Ах да, был ещё сеньор Матье, всего три человека отказались от резни в городе Зара! Вы знали о таком городе?

— ну… — затянул Дионисий, который, конечно же знал. — Слыхал, ваши варвары уничтожили город короля Имре, сровняв его с землёй, а жителей с мусором!

— так вот! Клянусь могилой моего деда, величайшего рыцаря Франции! Я отказался от этого варварского рейда! И Карло тоже! За это, сам папа римский не отлучал нас от церкви, дав прощение! — перешел на крик Симон, беря инициативу в разговоре.

— это весьма интересно, но я не в силах это проверить! Но, зачем же вы поехали в Константинополь?! — щуря глаз, спросил грек. — Золота захотелось?

— какого к чёрту золота? У вас, что вместо ушей морские раковины? Карло же сказал, нас всех обманули! Вот только большинству этот обман был только на руку, они ограбили город и стали богаче монархов Франции, а мы и меча не могли вынуть с ножен, сгорая от стыда, что участвуем в таком богохульстве и сатанинском обряде! — Симон уже начал размахивать руками как актёр театра, чем очень симпатизировал греку.