Поздно этой же ночью Симон вынужден был поехать на лошади в порт Фесалонник, где пытался найти свою галеру и её капитана. Француз нашел с помощью указаний местных греков, необходимый отсек с лодками, которые были выделены под его галеру, что одиноко колебалась на волнах, недалеко от берега. Когда Симон подошел к матросам, что крутились возле лодок, пыхтя табаком, то завязалась неоднозначная беседа:

— доброй ночи господа. — обратился Симон к мужичью.

— добрый! — ответили они на французском.

— значит, всё же я не ошибся местом!

— никак нет мсье Симон! Что-то вас долго мы заждались! Капитан уже перенервничал, да так что весь синий! — засмеялся один из моряков.

— в каком смысле синий? Завтра поутру нам нужно пускаться в путь и уплывать отсюда подальше.

— к чему такая спешка мсье Монфор? — спросил бородатый старик матрос.

— беда грядёт ребята! Нужно сваливать из города. Скоро здесь будет так жарко, и живым не позавидуешь.

— да ну! Сплюньте Симон! Это же райский уголок, кажись, вы наслушались бредней всяческих!

— та нет уважаемые работяги, это не бредни! Где капитан и боцман? На корабле?

— да кой там… Они уже неделю не выкисают в ожидании вас. Столько выпито было, что, пожалуй, любой другой бы умер! — засмеялись мужики

— вам смешно? Люциферово отродье! — заорал Монфор на весь порт. — Вас завтра на капусту порежут, а вы смеётесь?!

Бородатый патлач Монфор не шутил, матросы осеклись и сглотнули, понимая, что шутки кончились.

— вы что, серьёзно думаете, что завтра начнётся резня в городе?

— она может начаться в любой день и в любой момент! Я не шпион Бонифация, который идёт сюда, чтобы забрать город в свои жадные лапы, а заодно весь флот! Мне не ведомо в какой момент эта сволочь совершит нападение!

— ого… Беда! Плохо дело, капитан и боцман валяются без сознания. Они живут возле пятнадцатого склада, по улице Николо-николопо…ниполоко

— Никополуса! Болван! Уже сколько здесь стоим, ты так ни хрена не запомнил! — поправил молодого, бородатый старик.

— спасибо и за это, буду знать, где искать этих свиней. Вот я им покажу сейчас!

— мсье Симон, лучше завтра! Сегодня там делать нечего, они целый день пили, и если я говорю целый день, то это буквально целый день! Эти два дурака, целую бочку на двоих раздавили! Вы лучше идите отдыхайте, а завтра с утра, пока они не пошли вновь налаживать распорядок дня загоните их в порт.

Делать было нечего. Симон понимал, что эти два остолопа действительно могут пить как бессмертные и если они целый день этим занимались, то разговаривать сегодня просто было не с кем.

— ладно, господа. Я завтра тогда разберусь, а вы пока готовьтесь выдвигаться на завтра. Запасы на борту имеются с провизией, чтобы до Генуи добраться?

— да мсье Монфор, всё имеется в нужном количестве, не беспокойтесь! Единственное чего не хватает, это двух наглухо пьяных французов! — захохотал во всё горло высокий и тощий салага.

— ладно, до свидания, до завтра балбесы.

Граф де Монфор тронулся на коне, с трудом разыскав гостевой дом, где они остановились. Узкие улочки и петляющие кварталы Фесалонник сводили сума француза, который не привык к такой городской архитектуре. Привязав коня, Симон зашел внутрь, и попросил поесть на ночь глядя. Ему принесли еду, после чего он пытался выпытать у Феопокла, где все остальные гости, на что тот ответил, будто все спят. Симон после утомительной поездки и сытной еды моментально захотел и сам спать. Поэтому, не теряя времени, взобрался на второй этаж и хлюпнулся в кровать, погружаясь в глубокий сон. Эта ночь была последней безмятежной ночью города Фесалонники.

Рано утром, пока ещё не все жители проснулись, по улицам города бегали немногочисленные стражники на конях, которые оповещали о том, чтобы все позакрывали окна и двери, потому что в городе начинается бой. Что за бой, рядовые греки не совсем понимали. Зато Любомир, который, от крика на улице резко проснулся, всё сразу понял. Его сердце колотилось как сумасшедшее от страха, который давно его не тревожил. Его чувства опасности резко обострились и напомнили ему о былом животном страхе, который тот давно не испытывал. Ох, как же быстро человек привыкает к хорошему, пролетела мысль у Любомира. Он стал спешно будить Радку, потом быстро выбежал и начал будить ото сна всех, кто ещё не успел проснуться. Через десять минут все были в гостиной с лицами полными ужаса, все понимали, что впереди грядёт опасность, смертельная опасность, но какая никто точно не знал. Монахини держали руки вместе и читали молитвы, ибо им было хорошо известно как нападают на город крестоносцы и второй раз они бы этого не пережили, ни морально, ни физически.

— Монфор вы были вчера в порту? Там всё нормально? Мы можем выдвигаться? — путая слова, говорил Любомир, который очень нервничал.

— да, я был в порту, мы можем выдвигаться! — ответил Симон, всё ещё не проснувшись от глубокого сна.

Все стали выходить из дома и увидели, как люди бегали на улицах, пытаясь быстрее скрыться в домах, в то время как они наоборот выходили.

— постойте! — вскрикнул Симон в ужасе, после того как лёгкий солнечный луч ударил ему в глаз.

— что такое Симон? — спросил Карло, подбегая к французу.