— мама не бей меня, я больше не буду!

— какая к чёрту мама! Просыпайтесь мерзавец! Пьяница проклятый!

— я не буду…Я больше так не буду… — тот открыл глаза выходя из блаженного сна и ужаснулся.

— что проснулись! Наконец-то! Одевайтесь немедленно! На город напали крестоносцы, если мы сейчас же не уедем мы погибли!

В это время в двери зашел первый мужик, коим был капитан в халате, который ничего не закрывал, потому что был просто на плечах мужика.

— зачем вы бьёте моего боцмана! — голосом с бодуна, спросил капитан.

— закройте рот и одевайтесь, немедленно! Симон Монфор нас ждёт в порту, мы должны немедленно убраться!

— зачем так спешить, тут такие девочки приятные! — заулыбался капитан.

— ах вы пьяная скотина! Я вам мозги вышибу сейчас, если вы не оденетесь и не пойдёте за мной! — хватая за шею голого капитана пригрозил парень.

— ладно, ладно я понял! Сразу видно вас Симон прислал, чёртов параноик! И к чему такая спешка? — икая, спросил капитан.

— выйдете на улицу, увидите!

За десять минут под пинками и подзатыльниками Любомир с трудом заставил одеться проклятых моряков, и они втроём вышли на улицу, где нервозно ходила туда-сюда кобыла, которая будто осознавала приходящую опасность. Она чуяла смерть животных вдалеке, таких же как и она.

— какой прекрасный день! — потянулся на все руки капитан и повернулся лицом в сторону бойни, которая велась где-то в двух километрах от места их пребывания. — Святая Мария! Что это такое? Они что штурмуют Версаль?

— какой к на хер версаль?! Где ваша лошадь? — сгорая от раздражения, спросил болгарин.

— какая лошадь? У меня нет никакой лошади! Зачем лошадь в таком чудном городе, грех скакать на лошади в таком уютном городе! Где ходить пешком одно удовольствие.

За что мне это святой Боже, промелькнуло в голове Любомира, ты будто издеваешься!

— вы знаете, как добраться к вашему судну?

— конечно! Я сюда пешком ходил раз двадцать! Пока Симона ожидал с моим компаньоном! — ответил капитан с истеричной усмешкой, посматривая на бойню вдали.

— садитесь на мою лошадь с боцманом и скачите в сторону ваших лодок, а я найду лошадь и тоже скоро прибуду.

— спасибо благородный человек! — ответил боцман, который был ещё пьян и мало соображал.

Двое моряков сели и поскакали на лошади Любомира в сторону спасительной галеры, а сам парень попал в сложную ситуацию. Пешком туда бежать было довольно долго, нужно было выкрасть у кого-то лошадь, ну или одолжить на время, всё равно он не планировал её грузить на лодку…

Любомир побежал между тонких улочек, всматриваясь в любые похожие на стойла места, пытаясь найти спасительный транспорт. Наступление крестоносцев продолжалось. Они уже сцепились с конницей половцев и начали ожесточённый бой в ходе, которого половцы добротно уничтожали пеших воинов. Бонифаций не ожидавший такой защиты, которая возникла как туман из ниоткуда, вынужден был дать команду отступать, потому что крестоносцы допустили ошибку и не были готовы к такому сопротивлению. Впервые стычка половцев и крестоносцев принесли их маленькое поражение, и как бы сказал сам граф Бонифаций, не поражение, а тактическое отступление. Пока бой шел, Любомир уже пробежал улиц десять вверх, всё ближе подходя к опасной зоне, потом свернул в сторону дома Феопокла, хаотично разыскивая лошадей, которых будто дьявол сожрал на ужин. Любомир подумал, что все кони в городе вымерли, или же их просто хорошо спрятали. И вот наконец-то он увидел двух коней, правда, был один минус, там были наездники. Эти половецкие лучники, увидев одинокого простолюдина, не знали, кто он такой, но в порыве битвы они не стали разбираться и напали. Любомир вытянул рапиру и видел как тетива на луках натянулась. Он заранее прыгнул в сторону и обе стрелы рассекли хлёстко воздух пролетев мимо. Всадники поскакали в атаку. Нагибаясь, один из них махнул саблей, целясь в парня. Герой парировал наскок врага и ухватился за стремя, которое его потянуло, волоча по земле. Выбраться на коня не удалось, поэтому пришлось отпустить, болезненно падая на землю. Половские солдаты сделали оборот вокруг улицы и вновь напали. Удар кривой сабли первого был успешно парирован, а второго Любомир проткнул прямо на ходу, когда тот нагнулся для атаки пешего противника. Воин свалился замертво с коня, и болгарин побежал догонять коня, который тащил за ногу наездника. Когда Любомир догнал коня, и уже казалось сел, единственное, что он хотел сделать, это лупить его в бока, чтобы тот унёс его подальше отсюда. Он не хотел дальше драться, только не сегодня! Это не его война, и не его бой! В любом случае он оставил без присмотра второго солдата, который хотел отомстить за товарища и выстрелил в спину Любомира. Болгарин не верил, что на такой дистанции возможно поразить врага. Но, коварная стрела набрала убийственную скорость, и продырявила его грудную клетку. Брызги собственной крови вылетели прямо у него перед глазами. Боль и судорога сбили координацию парня, и он упал с лошади, больно падая на песочный грунт улицы. С трудом поднявшись, болгарин слышал стук копыт, что уже приближались. Он выхватил рапиру и сделал взмах вслепую в сторону кобылы. Та испугавшись атаки, встала на дыбы перед ним и со всей силы саданула ему в лоб копытом. Любомир увидел голубое небо, и после удара головой об землю, голубой цвет накрыла кромешная тьма. Половец, видя бездыханное тело парня, который истекал кровью, ударил коня в бока и поскакал резать крестоносцев.

Тем временем Боцман и капитан добрались к лодкам, и начали весело рассказывать, как Любомир их пробудил ото сна.

— где болгарин? — заревел Симон не веря своим глазам, и тому как себя по-идиотски вели капитан с пьяным боцманом. — Мы не знаем мсье Симон! Он отдал нам коня, сказав, чтобы мы спасли вас всех, а сам куда-то побежал!

— у вас что своей лошади не было?

— у меня нет! Я всегда пешком здесь ходил! — как будто хвастаясь, сказал капитан.

— а у мня была! Ха! — ответил Боцман.

— и вы не дали её Любомиру? — беря за барки боцмана, спросил Симон.

— а он что меня спрашивал? Он говорил с капитаном! А я собсно не мешался в их разговор!

— ах ты проклятый пьяница и бездельник! Это твой последний рейд на моей галере! Ты за всё заплатишь! Чёртов изувер!

— не надо так нервничать, всё же хорошо! — сказал капитан, пытаясь разрядить обстановку.

— что хорошего жалкие идиоты! Вы оставили человека погибать в гуще битвы, пока он спас ваши шкуры! — закричал Симон. — Быстро все садитесь в лодки и плывите к галере.

Остались только Надежда, Радка, Симон и Карло. Они безутешно ждали парня. Симон уже видел, что позади толпы всадников подходило подкрепление болгар, большая орда Калояна заполнила город и один Бог ведает, что там происходило. Город всё больше наполнялся разными солдатами, которых было просто не сосчитать.

— Радка и Надежда, я понимаю, что Любомир замечательный человек, но мы прождали его почти полчаса! — Симон пытался быть настолько убедительным насколько мог. — Мы не можем больше оставаться здесь это опасно для всех нас! Если не дай Бог, венецианцы прибудут сюда с флотом на подкрепление крестоносцам, они не дадут нам выбраться живыми! Они будут всё захватывать и грабить! Поймите меня дамы!