[1]Надбог — высшее божество, над которым только Мироздание. Он должен защищать и оберегать баланс во вселенной. Боги мировых религий ему подчиняются.

[2]Гран (надбог Света) отвечает за всё и всех, в ком или в чём есть хоть капля светлой энергии. У Грана есть своя территория, где с ним никто не может тягаться, кроме Мироздания. Не путайте энергию света с Добром и тому подобными понятиями. Светлые миры — это миры, где во всех живых существах преобладает энергия света.

[3]Мархан (надбог Тьмы) отвечает за всё и всех, в ком или в чём есть хоть капля тёмной энергии. У Мархана есть своя территория, где с ним никто не может тягаться, кроме Мироздания. Не путайте вселенское Зло, предательство и подобные гадкие грани с чистой энергией Тьмы. Это разные понятия. Она не может быть хорошей или плохой, всё зависит от разумных, которые пользуются этой энергией. Дальше Тёмные миры — это мир, где во всех живых существах преобладает энергия тьмы.

[4]Каретта (надбогиня Жизни и Перерождения) отвечает за все души и тёмных, и светлых существ в Мире. Самое главное — хранит баланс во вселенной. По истории считается старшей сестрой Света и Тьмы. В некоторых источниках матерью, а в некоторых — вообще женой, так что автор выбрал самый нейтральный вариант — трёх Великих показал как семью из двух братьев и сестры.

ГЛАВА 2

Мир Цурада. Граница со степью…

Ночь на удивление прошла достаточно спокойно, если не учитывать того, что один раз меня чуть ли не сожрал какой-то кабан! Не, ну вот это живность тут!

Прям как чувствовал, что нужно цепляться и повыше лезть. Странные животные тут. Мало того, что кабан около двух метров в холке, так ещё на моих глазах загнал кого-то оленя, быстренько его проткнул бивнями и съел, как будто так и положено. В общем, в другом мире, наверное, так и должно быть, но для меня это слишком, особенно когда этот «Пумба» учуял меня и решил, что бедного «Бемби» ему мало, и нужно попробовать человеченки. Более трёх часов я держался за ствол дерева всеми своими отростками, пока кабан не ушёл, похоже, нашёл себе более легкодоступную дичь. Только тогда смог более или менее успокоиться и слегка вздремнуть.

Утром просыпаюсь на удивление свежим и отдохнувшим. Нет, как боялся, болей в спине или в руках из-за перенапряжения мышц. Спустившись, ловлю пару рыб, ем и собираюсь идти, только куда? Как понимаю, этот парень, в которого я вселился, собирался идти в сторону степи, только что меня там ждёт? Наверное, всё же, как и решил, пару дней побуду в лесу возле реки, как раз привыкну к телу, да и что я там забыл в степи? Спрятаться негде, хороших знакомых здесь тоже ещё не нажил. После небольшой разминки решаю пробежаться по лесу, заодно, авось, что найду или вспомню полезное. Главное — не потеряться и не набрести на кого-нибудь наподобие того кабана.

Весь этот долгий день разбираюсь в себе и возможностях своего тела. Реакция, сила и ловкость оказываются на высоте, и значит, мне это вчера не показалось. Надо решить, чего хочу добиться в этой новой жизни, но в душе всё больше и больше злюсь на этого бога, который отправил меня сюда из-за своей какой-то хотелки или шутки. Не удивлюсь, что этот гад наблюдает за мной с неба и спорит с такими же, как и он, гадами — сдохну я или нет!

Не дождёшься! Слышишь меня?! Я выживу и доберусь до тебя когда-нибудь в будущем! И пофиг мне, что ты бог, начищу рожу! Будешь знать, как издеваться над человеком, пусть и умершим… С этими мыслями я и засыпаю.

Где-то в середине ночи слышу, как на полянку, которая находится неподалёку, заезжает несколько телег. Сначала, только проснувшись, думаю, что это животные опять лютуют, но приглядевшись, вижу людей весьма разбойного вида. Мне бы отсидеться, только чёрт не дремлет — решаю посмотреть, что да как там, когда они все устроились на ночлег…

Подбираюсь ближе к стоянке и замечаю, что это не повозки, а клетки с людьми. Я останавливаюсь, и, как назло, срабатывает сигналка. Раздаётся очень неприятный звук ото всюду! Ну всё, как говорится, допрыгался, Рембо недоделанный. Я несусь обратно в лес, за мной бежит стража. Работорговцы быстро разбираются, откуда идёт тревожный звук. Через пару минут я теряюсь в листве и могу наконец-то разглядеть, сколько преследователей.

Их трое. Да уж, с виду можно бомжами назвать. На всех лёгкий кожаный доспех, похожий чем-то на поздний римский, причём очень потрепанного вида, а дальше — кто на что горазд. На одном даже была замаранная и — сразу видно — замызганная рубаха ярко-синего цвета, а также юбка наподобие шотландского килта. Ещё двое в одинаковых странных штанах, кожаных рубахах и сандалиях, только один из мужиков лысый, вот и единственное их отличие друг от друга. Большего в ночи не разглядеть.

Ну, понятное дело, они все вооружены. Двое с дротиками, и вот как раз этот попугай, как я его про себя окрестил, с небольшим гладиусом. По крайней мере, его меч смахивает именно на него.

«Ты их называл бомжами? Да они вооружены, да, чёрт возьми, даже одеты в некотором смысле лучше меня. И кто после этого бомж?» — приходит мысль, когда я разглядел всё это.

Просто привык к тому, как люди одеваются в двадцать первом веке, а посмотрев на свой нынешний прикид, взгрустнул. Увидев, что ребятки расходятся по сторонам, решил начать с самых вооруженных бойцов — копейщиков. Потому, что у этих воинов было два копья: одно в руке, другое на спине крепилось на специальную прихватку.