Рубин замечанию Хейди улыбнулась. Действительно, о богине плутовства мало кто вспоминал. Наверное, потому, что именно из-за нее Дхар вступил в схватку с самим Дуоном и утратил контроль над маной.

— Как думаешь, почему Дхар променял дочь Дуона — великолепную и прекрасную Арим — на странную и непредсказуемую Одинеллу? — Хейди сложила руки на груди, задирая голову к мраморному лицу Дхара.

— Влюбился, — не сомневаясь, ответила Рубин. — Все же разорвать уговор о женитьбе на самой богине любви ради невзрачной Одинеллы — такого оскорбления ни Арим, ни Дуон простить не могли. И Дхар точно знал, что гнев их будет направлен прежде всего на возлюбленную.

— А если бы Дхар не смог ее защитить? — прошептала Хейди. — Как думаешь, что бы было тогда?

— Честно? — Рубин повернулась лицом к Хейди.

— Безусловно, — Хейди перевела на нее взгляд.

— Отправился бы в царство мертвых один.

Хейди лишь согласно кивнула.

— Готова идти дальше? — она указала на лестницу.

Рубин поправила шлейф траурного платья и последовала вниз.

Проход в усыпальнице был достаточно широк. А в стенах, спрятанные за плитами с гравировкой имен и дат, лежали представители великой инайской семьи. Как когда-то предки Рубин объединили племена земель Туремы в единый народ, так и эти люди создали королевство на землях Инайи.

Безусловно, история та была кровавой и устланной телами непокорных, считавших, что никто не имел права указывать им, как жить на их землях. Но сила маны и оружия оказалась на стороне тех, кто нес «порядок» и «мир» всем остальным. Теперь Великий континент разделен на четыре королевства, в каждом из которых правит свой король. А Рубин одна из тех, в ком течет кровь великих объединителей.

Хейди остановилась у одной из плит. Камень выделялся среди прочих светлым цветом и новой гравировкой. Рубин едва не поморщилась, прочитав имя Атана. Хотелось топнуть ногой и спросить у Дхара: принял бог его в своем царстве, как подобает, или простил ему грехи за величие предков и отправил вечно пировать на небесах в обители Дуона?

— Мне очень жаль, — произнесла Хейди, приняв молчание Рубин за скорбь.

— Вы были знакомы лично? — спросила Рубин, поворачиваясь к ней.

— Да. Самый веселый из трех братьев. Душа компании и очень большой шутник.

— Веришь, что я его убила? — Рубин прищурилась, глядя на Хейди.

Та внимательно посмотрела в ответ и прижала руку к животу:

— За тебя поручился Ордерион, — ответила она. — Его слово для Галлахера слишком много значит, чтобы пренебречь им.

— Принц настолько доверяет Ордериону, что готов поставить на кон твою жизнь? — Рубин вскинула брови и опустила взгляд на округлый живот Хейди.

— Галлахер не знает, что я повела тебя в склеп одна, — ответила Хейди. — Он собирался сопроводить нас с тобой после обеда, но Луар неожиданно вызвал его и Ордериона по какому-то срочному делу. Они уехали из замка и сомневаюсь, что до вечера вернутся.

— То есть ты схитрила, тут же отправив мне приглашение прогуляться, — Рубин отвернулась и задумалась. — И списала всю вину за скоропалительное извещение о встрече на нерасторопных слуг…

— Приглашение я отправила два часа назад, — Хейди покачала головой.

— Надеялась, что муж вернется и сопроводит тебя? — спросила Рубин и подошла к плите, на которой было выгравировано имя Атана.

— Нет, иллюзий по поводу быстрого возвращения супруга и его брата в замок я не питала.

Рубин коснулась пальцами холодного камня и провела ими по дате смерти Атана.

— Не думаешь, что у Луара мог быть умысел забрать сыновей из замка и оставить нас с тобой без их охраны?

— Мне неведомы помыслы Луара. Но за свою жизнь в этом месте я опасаюсь. Думаю, ты тоже.

— Как быстро и незаметно мы перешли с тобой на «ты», — улыбнулась Рубин и повернулась лицом к Хейди. — Прав был Луар, когда сказал, что подружимся.

— Возможно, — сдержанно ответила бывшая дера.

— Кому ты безоговорочно доверяешь в этом замке? — Рубин подступила к ней на шаг, но Хейди тут же отошла в сторону.

— Галлахеру и Ордериону, — ни секунды не сомневаясь, озвучила она.

— Считаешь себя настолько неподходящей супругой для Галлахера, что веришь, будто тебя за это могут убить?

— Верно, — Хейди отошла от Рубин еще на несколько шагов.

— Зачем же тогда замуж за принца вышла?

— Я не знала, что он принц, — Хейди отвернулась и направилась назад, к лестнице. — А когда поняла, менять что-либо было уже поздно.

Рубин последовала за ней.

— Выходит, Галлахер тебя обманул? — с улыбкой на устах спросила Рубин.

— За принца я бы замуж не вышла. И он об этом догадывался. А к обману своему отнесся, как маленькой шалости, которую учинил под носом отца.