— Кстати, да, — оживился Пегий. — Нужно набирать матросов на «Тиру». Я посчитал, нужно сорок-пятьдесят опытных, уже походивших по морям, парней. Ты же не собираешься держать судно на якоре, пока оно не сгниет?

— Нет, у меня большие планы на «Тиру», — я улыбнулся. Опять получается двусмысленность. Правда, и к настоящей Тире Толессо мои слова тоже относятся. Не хочу терять эту девушку. Запала она мне в душу. — Пегий прав. Нам нужна команда. А это расходы на жалование. Откуда доставать деньги? Я их колдовать не умею.

Все заухмылялись и посмотрели на Ритольфа. Левитатор сосредоточенно набил в курительную трубку табак и щелкнул пальцами. На кончике одного из них затрепетало крохотное пламя. Маг окутался дымом и с довольным видом запыхтел как кузнечные меха, раздувающие огонь.

— Магия дружит с природой и помогает извлекать из нее необходимые энергии, воплощаемые для создания неких предметов, — произнес он после недолгого молчания. — Любая вещь, произведенная с помощью Стихий и энергий, так же востребована, как и обычный нож, сделанный кузнецом, или глиняный кувшин талантливого гончара. Но есть одна проблема. У меня нет рецепта, как получить слиток золота, чтобы его истинную природу не распознали иные чародеи. Каждая монета, полученная из «алхимического», или, как его еще называют «магического» золота, непременно обнаружится дарскийскими и сиверийскими дознавателями. Это то же самое, что заниматься фальшивомонетчеством. Но по степени тяжести преступления стоит на одном из первых мест. И смерть на эшафоте будет очень мучительной.

— Ритольф, ты бы сразу сказал, что не будешь заниматься подобным делом, — рассмеялся Рич. — Как много слов.

— Я поясняю, почему вам не следует прибегать к подобной тактике накопления капитала, — снова запыхтел Ритольф, прищуривая глаза. — Наш капитан умный и чертовски удачливый малый. И я уверен, что он найдет безопасные способы набить судовой сундук золотом, чем ввязываясь в игры с магией.

— Поэтому и уцепился за предложение Грашара, — кивнул я. — Думаю, один-два контракта с речными купцами существенно повысят нашу привлекательность. Но сейчас на первом месте у нас — строительство базы. Мне понравился Акапис, и я хочу здесь кинуть якорь.

— Надо бы замерить глубины речушки, про которую ты говорил, — предложил Пегий. — Давай, завтра я займусь этим делом, чтобы народ не скучал. На шлюпке поднимемся вверх до Пустоши.

— Дело, — похвалил я идею боцмана. — Но у нас возникла одна очень неприятная проблема. В Акаписе вся торговля находится под бдительным взглядом некоего Рэйджа Котрила, с которым мы сегодня имели честь познакомиться. Без его ведома никто не имеет права выложить товар на прилавок или открыть захудалую гостиницу на окраине города. Хочешь спокойно спать по ночам — плати.

Ансело и Ардио недовольно заворчали. Аттикус заинтересовался и с ожиданием уставился на меня, как будто хотел услышать, что я предприму. И так ясно, что на соглашение с нахальным вымогателем я не пойду. Вопрос в ином: нужно ли втягиваться в войну с Котрилом?

Так я и спросил друзей.

— Отправить всех к Кракену, — Пегий был категоричен. — Лично могу глотку этому ублюдку перерезать. Ни один дознаватель не подкопается.

— Договориться не получится? — Аттикус в глубоком раздумье потер переносицу.

— Исключено, — возразил я. — Он ясно дал понять, кто здесь хозяин. И ждет завтра первый взнос за месяц.

— Мы еще слабы, — напомнил Ансело. — Не знаю, сколько людей у этого Котрила, но открыто заявлять о своем праве грабежа может только тот, кто уверен в своих силах. А что губернатор?

— Юлит, метет хвостом, — пожал я плечами. — Убийство дворянина карается королевским законом. Но Котрил настолько всех запугал, что его исчезновение или смерть от руки неизвестного станет благом для горожан.

— Хм, — дон Ардио оживился. — Значит, у нас есть шанс проучить грабителя. Давайте его выкрадем и посадим в трюм «Тиры». Вроде живой, и в то же время перестанет досаждать людям.

— Неплохая идея, — одобрительно сказал Пегий. — Только в трюме опасно. Не сунут ли сюда нос таможенники, если люди дворянчика начнут его искать?

— Риск есть, — согласился я. — Судно же не будет стоять на якоре, пока не сгниет. Работа для экипажа найдется, так что, Пегий, готовься.

— Да скорее бы, — оживился пират. — А то сам гнить начну, как дырявая лохань на берегу.

— Мы не решили, что делать с Котрилом, — вернул нас к действительности Аттикус. Кажется, он впервые за время нашего знакомства проявлял озабоченность. Неужели осознавал, насколько опасно сейчас вступать в открытое противостояние с вымогателем, прикрывавшимся именем дворянина?

— Я бы на месте командора навел пушки на его стаю и раздолбал к чертям морским, — Пегий был неумолим. — Пусть только сунутся на корабль!

— А вот этого Котрил делать не станет, — уверенно ответил я, уже просчитывая варианты, забрезжившие в голове. — Сначала попытается запугать нас, а потом начнет искать другие возможности. Поэтому надо его к этому подтолкнуть.