Высокий шатен с выразительными светло — голубыми глазами, спортом с ранних лет занимался. Телосложение крепкое. Скулы широкие. Нос и тот идеально прямой. Не парень, а мечта. Всё изменилось после тяжелейшего рецидивирующего бактериального менингита. Почти год он переносил один менингит за одним. Пространство между мозговыми оболочками было заполнено жидкостью почти полностью, повреждение как спинного, так и головного мозга. А всего — то парни сходили в поход. Пока дурачились поцарапал спину в районе копчика. С кем не бывает? Для здорового парня сущий пустяк. Наутро судороги, рвота, температура за сорок. К моменту прибытия сан авиации абсцесс легких начался, гной из них выкачивали на протяжении нескольких месяцев.

Иногда мелочь незначительная может всю жизнь изменить.

Последствий видимых не осталось. Такой же приятный для взора парень. Есть одно но. Нрав и психологический склад изменились. Более милого, тихого и душевного парня вы не встретите. Покладистый в общении, даже кроткий, любому стремится помочь. Открытый, слова плохого не скажет. И знаете что? Жизнь у парня пошла под откос.

Один из примеров тому, что не во внешности центр притягательности человека. Он ведь таким же остался. Абсолютно. Только преданность во взгляде девушек отпугивает. Это не дерзость, на раз — два не заходит.

Работать в Центре он так и остался, на интеллектуальных способностях перенесенное заболевание не сказалось. Общается, правда, преимущественно со мной и Толей. Недолго встречался с одной из «змеек», собственно после этого змейками они и стали. Сплетен о нем распустили — океан.

— Это ты придумал отлично. Мы с Анатоликом тебя сейчас завалим работой.

Гоша смеется.

— Ну, до чего же ты хорошая, Лён, — крепко меня за плечо обнимает и жмется.

Что бы понять насколько он мил, сообщу — когда выезд на обед выпадает, он мне пишет, напоминает, чтоб поесть не забыла, как — то даже заказал самолично обед.

— Мне тебя не хватало, Гош, — так и есть, рядом с ним хочется быть лучше, светлее.

— Можно волосы твои понюхать? Так пахнут вкусно, — дожидается моего кивка и наклоняется, обхватывает прядь и тянет носом воздух. Я смотрю ему за спину и вижу обалдевающего Костю, стоит неподалеку и не поймет, что происходит. — Такая хорошенькая, — заправляет прядь мне за ухо. — Тебе, наверное, с молодым человеком попрощаться надо? Я пойду, кофе сварю нам пока что. Уходит до того, как я успеваю сказать, что нет у меня молодого человека.

— Я охуел. Это что было? — в несколько шагов ко мне Костя подходит. — Он тебя всю облапал, а потом с «парнем» попрощаться оставил?! Как так вообще?

— Это всего лишь призма твоего восприятия. Никто не обязан соответствовать твоим ожиданием, — последнюю фразу я себе повторяю за день по несколько раз.

— Яснее, Алёна, не стало, — Костя реально ждет, что я перед ним отчитаюсь.

— Давай, мне работать пора. И тебе, кстати, тоже, — протягиваю ему руку, прощаясь. — Как мужик, — предвосхищаю его слова.

— Как мужик, — в эту же секунду произносит.

Я смеюсь, а он глаза закатывает.

— Ты предсказуем, смирись.

Глава 61

Дорога от дома до работы занимает на редкость малое время, и не потому что я нарушаю. Нет, просто на часах и пяти утра нет. В холле царит полумрак, освещение попадает только через узкие полоски света, выбивающиеся из под дверей кабинетов. Глаза адаптируются сразу, отсутствовала я всего без двадцати минут час. До этого трое суток было проведено в стенах Центра, без вылазок на свет божий. Обстоятельства непреодолимой силы, в виде пожара на площади несколько тысяч квадратных метров, удерживали меня на работе. Первопричина — взрыв газового баллона, один за одним загорелись вагончики, в которых размещались разнорабочие одного из пригородных комбинатов. Десятки погибших, месиво из обугленных тел. Без экспертиз провести опознание, в большинстве случаев, невозможно.

Одна из дверей открывается, на встречу мне Толя выходит, сейчас он скорее — Анатолий Федорович, собранность и профессионализм на колоссальном уровне. Когда вижу его таким тут же студенческие годы вспоминаю, хоть ладонью челюсть придерживай, чтоб об пол не скрести. Самый яркий и запоминающийся преподаватель за время моей учебы, что тут, что в Калининграде. Каждая лекция как праздник, познавательная и в тоже время ироничная. Он менял отношение студентов к судебной экспертизе. Обычно считают — адекватный человек не может любить такую работу, но нет. Сегодня ещё не встречались, здороваемся — молча друг другу кивнув. Проходя мимо, протягиваем друг другу руки, сложенные в кулаки, стукаемся беззвучно и каждый направляется по своему пути дальше.

Следаки всех структур, от МВДшных до ФСБшных, трутся у нас круглосуточно. Кстати, о следаках, Костя пропал. В первый день после отъезда писал непрерывно, отвечать не успевала. Теперь — досвидули — кукулики. Если бы не работа, приступы самобичевания меня б посетили уже. Незаметно для себя я подсела на это общение. С человеком либо интересно общаться, либо нет. В случае с ним всё совпало.

В какой — то мере для меня это проблема. После расставания с Артёмом не горела желаем заводить какие — либо отношения. У хотя мы не встречаемся, но чувства привязанности, увы, появилось. Ужасно, просто ужасно от кого — то эмоционально зависеть.