— Черт возьми, Уголовница. — Он раздраженно вскидывает руки. — Потому что мы друзья, вот почему.

— Я думала, у меня слишком много багажа, чтобы быть твоим другом.

Он хмурится.

— О чем ты говоришь?

— Я слышала, как ты… в спортзале, говорил с Томпсоном обо мне.

— И что? — его лицо не меняется. Ни следа вины.

Тогда, чего я ожидала? Это он, о котором я говорю. Я не думаю, что у него есть чувство вины.

— И что? — я снова смеюсь, и в этом смехе по-прежнему нет ни капли юмора. — Мне не нравится быть кормом для тебя и твоего приятеля.

— Ты не была кормом. Томпсон вел себя как придурок, а я просто пытался его заткнуть.

— У тебя это отлично получилось.

— Ради всего святого, — огрызнулся он. — Это просто разговор. Это то, что делают парни. Я не собираюсь стоять там и говорить ему вещи, которые дадут ему повод для того, чтобы потом издеваться надо мной.

— О, ну, тогда все в порядке.

— Хватит быть такой чувствительной!

— Пошел ты, Кинкейд. Ты никогда не думал, что, может, это не я такая чувствительная? А то, что это ты бесчувственный мудак? — кричу я в ответ.

Он запускает руку в свои волосы, захватывая пряди.

— Это был пустой разговор, а ты нарываешься без причины. Я не наговаривал на тебя. Я просто констатировал факты.

— Да, и что это было? Значит, ты действительно не приударяешь за ней? — говорю я, имитируя мужской голос. — По-твоему, я выгляжу глупо? Так это факт, да? Что кто-то должен быть глупым, чтобы быть со мной?

— Это не то, что я сказал!

— Ты не просто сказал, ты констатировал факты! И это был один из фактов, который ты сказал Томпсону сегодня утром!

— Ты вырываешь это из контекста.

— Я так не думаю.

— Господи! Видишь, вот почему я избегаю таких женщин, как ты…

— Таких женщин, как я? — я выпустила сухой смешок, оборвав его. — Ты имеешь в виду женщин с багажом. Женщин, страдающих зависимостью, верно?

— Да. — Без колебаний. Холода в его голосе достаточно, чтобы заморозить тающие ледники в Антарктике.

Я тяжело сглатываю, преодолевая комок в горле.

— Ну, тебе больше не нужно меня избегать. — Я хватаю свою сумку и открываю дверь.

— Куда ты собралась? — он звучит раздраженно, возможно, даже скучно. И от этого я чувствую себя в миллион раз хуже.

Боже, я была такой глупой, думая, что он когда-нибудь станет моим другом. Он ничуть не изменился по сравнению с тем человеком, которого я впервые встретила в тот день.

Он такой же осуждающий засранец, каким был тогда.

— Туда, где тебя нет, — пробурчала я и вылезла из грузовика.

— Ты ведешь себя глупо, Ари. До твоей квартиры еще шесть кварталов.

Я поворачиваюсь к нему лицом, моя рука на двери, готовая захлопнуть ее.

— Похоже на меня, да, мистер Совершенство? Тупица с багажом в милю шириной. — Затем я захлопываю дверь, прежде чем он успевает сказать что-нибудь еще, чтобы задеть меня, и ухожу, устремляясь в противоположном от него направлении.

Песня Н`синг — Пока, пока, пока, вырывается из динамиков док-станции для iPod в моей гостиной.

Я должна заниматься йогой. Расслабляться. Сосредоточиться. Очистить свой разум. Но я не могу.

Во мне слишком много злости, чтобы даже пытаться заниматься йогой.

Поэтому сейчас я делаю упражнения в своей гостиной, чтобы избавиться от адреналина, раздирающего мое тело, и расслабиться настолько, чтобы заниматься йогой.

Я могла бы выйти на пробежку, чтобы сжечь горячую энергию, но я не уверена, что не вбегу прямо сейчас в бар.

То, как мне удалось добраться до дома, не зайдя в один из них, было чертовым чудом.

Останавливалась ли я возле паба и смотрела на него добрых пять минут?

Да.

Заходила ли я внутрь?

Нет.

И за это я заслуживаю гребаную медаль.

Я так хотела зайти внутрь. Это было бы так легко.

Но я не поддалась порыву, и это главное.

Вместо этого я ушла и быстро пошла домой. Как только я оказалась в своей квартире, я сняла с себя одежду и переоделась в спортивный лифчик и шорты. Придвинула журнальный столик к стене и включила музыку.

Должно быть, я слушала Н`синг в последний раз, когда у меня был включен iPod, поэтому я оставила его играть. Невозможно превзойти немного старой школы бойз-бенда, чтобы делать старомодные упражнения. Приседания. Отжимания. Прыжки. Все, что угодно, чтобы сжечь мой гнев. И это потихоньку работает.