Камера тянулась далеко во все стороны. По тюремным меркам здесь могло бы уместиться сотни две человек, однако столь обширое помещение полностью отдали на откуп двум пленникам.

Сопоставив факты, Капитан, стараясь громыхать подошвами, приблизился к Боцману.

— Кто тут? — испуганно отшатнулся бандит, услышав стук подошв и чье-то дыхание неподалеку от себя.

— А у тебя есть варианты? — усмехнулся Капитан. — Давай пять, пойдем.

— Куда?

— Сношать скелета.

После глотка фосфоресцирующей влаги прозрел и Боцман.

— А тут не хило… — закрутил он головой. Подойдя к одному из висящих скелетов, Боцман ткнул его пальцем в ребра. Не выдержав такого обращения, костяк рассыпался на отдельные составляющие, а к ногам бандитов упало сразу два черепа.

— Эх, где мои семнадцать лет! — воскликнул Капитан и слегка пнул череп. Тот откатился, вращаясь.

— Держи! Пас! — обрадовался Боцман и отфутболил череп Капитану. Тот, принимая игру, провел импровизированный мяч от одного угла до другого, потом обвел неуклюжего Боцмана и что было сил направил черепушку в стену. От мощнейшего удара то, что когда-то было головой, разлетелось на мелкие кусочки.

— Го-о-ол! — радостно запрыгал бандит.

— Ну ты залупил! — Огорчился Боцман. — Такой мяч разгрохал.

— Не боись. — Капитан усмехнулся. — Их нам с тобой еще на десяток голов хватит. Десяток голов на десяток голов. Каламбур.

— Продолжим? — Боцман озирался в поисках подходящего предмета для очередного тайма. Взгляд его остановился на сидящем скелете. Все прочие черепа, обладатели которых висели на цепях, были не очень приспособлены для футбола. Некоторые оказались украшены рогами, другие были приплюснуты сверху, словно носили кепку-аэродром, третьи вообще имели форму правильного куба. У сидящего же костяка череп являл собой почти идеальный шар.

Подбежав к нему, Боцман попытался открутить черепушку. С первого раза это не удалось а второго не последовало, ибо скелет внезапно зашевелился и помахал перед носом Боцмана пальцем, состоящим из одних костей:

— Не советую… — прозвучал слегка шепелявый стук зубов о зубы. — Ваша игра и непочтительность к бренным останкам позабавила меня, но я-то не совсем мертвый…

— А какой? — Капитан, пока Боцман, пятясь, отползал от говорящего скелета, взял инициативу на себя.

— Псевдоживой, естественно! — Развел руками костяк прогромыхав при этом ржавыми цепями.

Только теперь Капитан заметил, что кольца, удерживающие на месте этот живой скелет, вплотную прилегают к костям. Получается, заковывали сами кости, а не кого-то, у кого они находились внутри. Интересно, можно ли взять костяк на мушку? Капитан не столько боялся живого скелета, сколько хотел проверить, насколько тот ощущает себя живым: собственная близкая смерть странным образом пробудила в бандите стремление к экспериментам.

— Не шевелись! — Он вытащил из кармана штанов «макарку». Жаль, Боцмановский глушак остался в том кабаке…

Скелет испугался:

— Ты что, зёма! — он примирительно застыл на месте. — Я ж вам ничего плохого не сделаю. Я тут так, крысок кушаю, а чтоб на человека — ни за что!

— Ни за что, говоришь? — язвительно ощерился Капитан, — А эти? — Он чуть повел дулом преображенного «макарки» в сторону длинного ряда висящих скелетов — очевидно, мертвых по-настоящему.

— Так то разве ж люди? — Голый многоглазый череп попытался улыбнуться. — Так, шантрапа. Крысы, одно слово… Без понятий чувачки. А вы, я сразу просек, свои, братаны!

— Свои, сука? — Боцман уже пришел в себя и успел разъяриться, — Кэп, снеси ему башку. В футбол поиграем.

Капитан нажал на курок. Пистолет, как и прежде, издал утробный хохот. Но скелет, в отличие от стражников, не перестал бояться нелепого «оружия»:

— Только пластины не сдвигай!

— Кэп! — крикнул Боцман, — Замри!

Бандит в недоумении обернулся на приятеля. Тот стоял рядом, протянув руку:

— Дай цинкануть…

Пожав плечами, Капитан перехватил пистолет за ствол и подал Боцману. Тот внимательно осмотрел оружие, хмыкнул:

— Пластины… Как на выкидухе. — И прицелился. Скелет был в панике.

Капитан нахмурился, отобрал у Боцмана пистолет. Действительно, пластины на рукоятке были сдвижные. Не очень удобно, однако, все же, пистолет явно превратился не в простой мешок-хохотунчик.