— Гангстеры, не значит убийцы, без содрогания отнимающие жизнь. — поддакнул своему другу Фигольчик.

— Ну, да, я вот каждый раз вздрагиваю! — съязвил Драговски, разглядывающий солнечные пятна на стене сквозь желтоватую жидкость в своём стакане.

— Нет, Дрась, в самом деле, мы же не киллеры! — промычал Малютка Телёнок, которому больше других было не по душе предложение Умника.

— Тебя только это останавливает? — спросил насмешливый гангстер.

Бык непонимающе захлопал ресницами.

— Он имеет в виду то, что в этом деле брат брата брату заказал! — пояснил ему Фиг. — Даже звучит дико. Я бы так с Дульери никогда не поступил, хоть и грозился много раз задушить его собственными руками. Что же касается Глупника, то на него у меня такой злости нет и обижаться особо не на что, даже если мне не нравится то, что он сделал с этим миром. Я бы сразу послал Умника куда подальше, если бы не два обстоятельства. Во-первых, угроза этому миру, который может погибнуть из-за его безумных экспериментов. А, во-вторых, то, что речь идёт не об убийстве в человеческом или… в драконьем, либо бычьем понимании, а о развоплощении и отправке в нематериальные миры, где ему и надлежит находиться.

— Да, но осуществить это придётся с помощью пули в лоб, если я правильно понял. — Заметил Драгис, уже не смеясь. — Будут, наверное, мозги на стене, лужа крови и мёртвое тело, которое понадобится где-то закопать. Я прав?

— Ну, да… — вздохнул Фиг.

— Так чем же это отличается от обычного убийства? — удивился Бык. — Разве не так со всеми живыми тварями? Шарах, и душа в одну сторону, а рога, копыта и всё остальное, в другую!

— Мы можем воплощаться вновь, — немного неуверенно сказал Фиг. — Не сразу, конечно. А таким, как Умник и Глупник это особенно трудно, так-как они изначально предназначены для нематериальных миров. Но всё же у всех нас есть шанс вернуться.

— Я слышал о человеческих религиозных учениях, которые утверждают то же самое в отношении людей, — сказал Драгис и потянулся всем телом. — Если хотите, то можете обсудить это, а я пока посплю. Не выспался ночью из-за проклятых зомбаков, а теперь даже мозги туго ворочаются. Расскажете потом, до чего додумались.

Сделав такое заявление, он вытянулся на кушетке, повернулся носом к стене и захрапел.

— Вот и поговорили, — вздохнул Фиг. — А ведь он прав!

— В чём? — не понял Бык. — Ты про переселение душ?

— Нет, про то, что вечер утра мудренее!

Глава 70

На штурм!

Злоскервиль (входит): Падре Микаэль, простите за беспокойство, но вы не видели Злосю? Она ушла куда-то после обеда, и я… (замечает Чикаду и вжимается в стену, как и все, кто входил в комнату ранее) … никак не могу её найти… Боже, кто это?

Мик: О, не волнуйтесь, сэр! Это дружелюбное существо…

Чикада: Позвольте представиться! Меня зовут — Чикада. Я призрак!..

Злоскервиль: Мама!..

Чикада: Простите, сударь! Я вовсе не хотел напугать ни вас, ни кого-либо из обитателей этого дома. Если вы прикажете, я немедленно удалюсь. Но прежде чем это сделать, прошу вас — окажите покровительство этой девушке!

Фоллиана (выступает вперёд): Извините нас за вторжение. Я — Фоллиана, библиотекарь… Я ищу в вашем мире… (сквозь слёзы) в этих краях, своего жениха. И эти поиски завели меня сюда.

Мик: Сэр Злоскервиль, эта девушка из того мира о котором я вам рассказывал. А сеньор Чикада является другом принцессы Анджелики, в судьбе, которой я принимаю участие.

Злоскервиль: Это я должен просить прощения за своё поведение. Простите мне мою трусость. Дело в том, что в юности, когда я ещё был дружен со Злордом и мы вместе пытались найти спрятанные в его замке сокровища, нас так напугал призрак его предка, что с тех пор я испытываю невольный трепет, когда сталкиваюсь со сверхъестественным. А Злорд теперь вообще каждого куста боится.

Чикада: Тогда я, пожалуй, уйду?

Злоскервиль: Нет, нет, я вас прошу — останьтесь! Мой страх прошёл и теперь я рад нашему знакомству. Прошу, будьте моими гостями! Не желаете ли бренди? Ах, да, простите! Я забыл, с кем разговариваю. Вы, конечно, не едите и не пьёте…

Чикада: Отнюдь! В пище я действительно не нуждаюсь, хоть и могу оценить её аромат. Что же касается вина, то Рогелло Бодакула свидетель — я считаюсь одним из самых известных знатоков и любителей изысканных напитков среди призраков! Так что, если ваше предложение насчёт бренди остаётся в силе…