– Понятно. Как он себя чувствует?

– Уже заметно лучше. В медицинском плане его жизни ничего не угрожает…

– А в чем дело?

– Полагаю, проблема в его нравственном состоянии.

– Хорошо, уважим человека.

Пленник лежал в изоляторе рядом с медотсеком. Запястья его по-прежнему были прикованы наручниками к койке. Очевидно, доктор опасался, что капитан снова повторит попытку совершить сэппуку [45] , и потому решил лишить его подобной возможности. Увидев своего победителя, японец сделал слабую попытку приподняться, но Колычев сделал успокаивающий жест рукой.

– Лежите. Вы желали меня видеть?

– Да. Нам нужно поговорить.

– Слушаю вас.

– Меня зовут Ёситару Накагава, я – ку-гун тайи: капитан-лейтенант [46] воздушного флота. И до вчерашнего дня – командир корвета «Таникадзе». Самурай в десятом поколении. Обладающий силой. Награжден высшим боевым орденом Золотого Коршуна, – закончив официальное представление, он замолчал, переводя дыхание и набираясь сил.

– Младший пилот рейдера «Буран» Мартемьян Колычев. Потомственный дворянин. Одаренный, почувствовав, что момент требует того, столь же развернуто и формально ответил Март.

Войдя в «сферу», он оценил могущество ауры японца. Больше всего удивил ее цвет: почти бирюзовый с вкраплениями белого и черного. Такого сочетания Март еще никогда не встречал.

«По части силы кое-что есть, но скромно и без фанатизма. Интересный экземпляр…» – принялся размышлять Колычев, пока пленник молчал.

– Я первый командир корвета Японского флота, попавший в плен живым. Вы спасли мою жизнь, но забрали честь.

– Вы проиграли в бою. В этом нет бесчестья. А вот в бомбардировках беззащитных мирных жителей есть!

– Я тоже так считаю, – после недолгого раздумья ответил пленник. – Но у меня был приказ. Поэтому прошу, не откажите мне в последней просьбе. Дайте пистолет с одним патроном!

– Это исключено! Да и зачем? Плен – еще не конец жизни!

– Для меня конец. По законам нашей страны самурай не может попасть в плен. Если подобное неизбежно, он должен погибнуть или совершить самоубийство. Если же ему недостанет сил или решимости, его и всю его семью ожидает позорная и мучительная смерть.

– Какое варварство!

– Таковы законы моей страны.

– Простите, но я ничем не могу вам помочь.

– Значит, мне не повезло даже в такой малости. Могу я узнать, каковы ваши дальнейшие намерения?

– Я простой пилот. Могу лишь предположить, что вас либо доставят к нашему командованию, либо передадут китайцам. Принимая во внимание ваше состояние, последнее наиболее вероятно.

– Только не это, – откинул голову на подушку японец, в голосе которого, несмотря на слабость, явно сквозило презрение.

– Накагава-сан, – неожиданно для себя спросил его Март. – А что означает ваша аура?

– Простите, не понял.

– Ну, я не то чтобы видел много японских одаренных, но у большинства из них ауры были ярко-красными, почти алыми с редкими включениями других цветов. В крайнем случае черного. А у вас – практически чистая бирюза, иногда переливающаяся от синего к зеленому и обратно.

– Вот оно что, – печально улыбнулся самурай. – Это мой дар и мое проклятье. Видите ли, в Японии все одаренные должны быть в первую очередь воинами. А мне больше по сердцу быть ученым или исследователем. Заниматься плетением силовых линий, создавать… э…

– Вы артефактор? – пришел к нему на помощь Март.

– Да. Это правильное определение!

– Очень интересно… И что, у вас имеется опыт в такой работе?

– Да, в военной академии нас, одаренных, обучали отдельно. Я дополнительно занимался с наставником, который был великим мастером создания и наложения плетений на предметы и оружие.

– Послушайте, – неожиданно сам для себя предложил Колычев. – А что будет, если мы не отдадим вас ни китайцам, ни нашему командованию?

– В каком смысле?

– Вы могли бы поселиться в России, заниматься своим любимым делом.

– Разве это возможно?

– А почему нет?

– Не знаю. Я же японец…

– Вы же сами сказали, что умерли для своей страны! Будет новое имя. В отчетах напишем, что вы таки погибли. А здесь и сейчас появится новый человек. С другим именем и другой историей.

– Вы серьезно?

– Вполне. Только представьте, что вы оказались в новом мире, где нет никаких ограничений, связывавших вас по рукам и ногам в прежней жизни. И вы можете прожить ее так, как хочется вам, а не считается правильным другими! Стать кем угодно, жить, где пожелаете, и заниматься при этом любимым делом.