Какая-то у меня нехорошая привычка появилась терять сознание в критические моменты. Первое, что я увидел, вынырнув из тьмы и открыв глаза, — сияющее лицо склонившейся надо мной Кераны.

— Вы очнулись, господин! — радостно воскликнула она. — Я немного подлечила вас, а то вы всю свою энергию потратили. Больше так не делайте! Это очень опасно. Легко можно к предкам отправиться.

— Постараюсь, ох… — я закряхтел, как старый дед, и принял сидячее положение.

Моих ноздрей коснулся непередаваемый запах горелого мяса. Поляна с гоблинским лагерем превратилась в одно большое пепелище, на котором то здесь, то там торчали обгорелые палки и такие же обгорелые лохмотья от палаток. Землю покрывал толстый слой пепла.

Я чихнул несколько раз и с помощью гоблинки поднялся на ноги.

— Блин! — вырвалось у меня. — Перстень!

Я обреченно посмотрел на остатки лагеря. Даже гоблинские кости не уцелели. Молодец, Саша, настоящий «эпик фэйл» — просрать подарок богини.

— Вы это ищете? — Керана протянула мне тот самый перстень.

— Ух ты какая умница! — От радости я обнял девушку и приподнял ее над землей. Судя по всему, она здорово растерялась, но все равно крепко прижалась ко мне. — Фу-ух.

Я поспешно надел кольцо на палец. В следующий раз буду осмотрительнее.

— Керана, — осторожно произнес я еще раз оглядывая поле боя, — в вашем лагере только воины жили? Я вроде не заметил женщин и детей…

Я вдруг вспомнил, что, когда жег всех «напалмом», совершенно забыл о последствиях. Нет, гоблины, конечно, гады, меня похитили… но мне пока не хотелось устраивать геноцид разумным тварям, особенно женщинам и детям.

— Здесь только воины, — успокоила меня гоблинка, которая совершенно спокойно смотрела на пожарище, ставшее могилой ее соплеменникам, — женщины не ходят в походы. Они живут в деревне в глубине леса.

— Эм… — я красноречиво осмотрел свою собеседницу, которая, кстати, была в одном лишь плаще и не пыталась скрывать упругую грудь с нежно-зелеными ореолами вокруг сосков.

— А я исключение. — Она спокойно смотрела на меня, не отводя взгляд. — Разведчики донесли о большом отряде людей и вождь решил посмотреть. Взял с собой тридцать лучших воинов. Меня всегда берет с собой. Я готовлю всем еду.

М-да… одинокая маркитанка.

— Ко мне гоблины не прикасались, — внезапно произнесла девушка, словно прочитав мои мысли, и мне почему-то в ее словах послышалась обида. — Вождь… хранил меня только для себя, как до этого мою мать.

Минуту, он что, ее отец выходит? Да не, бред какой-то… в любом случае лучше не поднимать мутную тему.

— Все в прошлом… лучше скажи, если знаешь, как меня умудрились похитить посреди лагеря? У вас был крутой ассассин?

— Это я, — тихо произнесла гоблинка, опустив глаза.

— Ты?! — удивился я. Керана вообще не походила на крутую рогу.

— Я целитель, но у меня есть талант к усыплению… никакого щит не спасает… — Ее изумрудные глаза наполнились слезами. — Простите, господин… вы теперь меня в свой гарем не возьмете?

Взгляд девушки был таким жалким, что я невольно покачал головой и снова ее обнял.

— Тебя ведь заставили, верно?

— Я… — замялась она.

— Ладно, расслабься, я не злопамятный. Просто злой и с плохой памятью, — погладил я ее по плечу, — давай уже убираться отсюда. Сможешь отвести нас к моему войску?

— Разумеется, — тихо вздохнула девушка, — а ваши слова про гарем правда? У вас есть орчиха?

— Чистая правда, с удовольствием познакомлю тебя со всеми, — улыбнулся ей, — идем вместе!

— Да, хозяин! — радостно воскликнула она и вдруг нахмурилась. — Только это, — она обвела рукой пепелище, — гоблины так просто не оставят. Они отомстят. Нам нужно быстрее предупредить ваших воинов.

Ага. Уже ни сородичами, ни соплеменниками она их не называет. Быстрый прогресс. Впрочем, с ее жизнью здесь, не удивительно.

— А сколько их может быть? — спросил я, поспешив за своим проводником.

— Много, — сообщила она, пробираясь между деревьев. При этом Керана магическим образом не задевала ни листика, ни кустика, ни веточки, в то время как я казался себе лесным кабаном. — В нашем… том племени пять десятков воинов наберется. В других племенах тоже… Можно Орду собрать. А это пять сотен, не меньше.

— Другие племена? — хмыкнул я. — сколько же тут гоблинов?

— Много, хозяин. Не могу сказать точно.