…Как всегда после подобных снов, я проснулся. В последние дни в Обертоне и первые дни в пути я ждал, когда ко мне придёт Голос. Я хотел его услышать, я хотел и был готов сразиться с ним. Как и обещал профессору Гуляеву. Я хотел доказать и себе, и ему, что он не властен надо мной.

Но Голос меня динамил. А когда до меня дошло, что он не приходит потому, что всё и так идёт по плану — дар у очередного анирана я забрал, а значит приблизился на шаг ближе к развязке — я решил закрыться от него наркотой.

Но хоть Голос не смог пробиться через мой слегка одурманенный разум после вчерашнего ночного листика, он смог показать нечто странное и заставил вновь испытать страх потери. Я был уверен, что чёртова божественная сущность никогда не оставит меня в покое. И что все сны в моей голове — не реакция организма на прошедшее за день, как у простых людей, а подсказки той самой божественной сущности. Она опять чего-то хочет, и, будь мой разум прошлой ночью чист, думаю, я бы услышал наставления.

Я приказал обозу выдвигаться сразу после завтрака. Я был слегка раздражён и чувствовал себя не в своей тарелке, хоть странный глубинный страх постепенно таял. Я решил воздержаться от контактов с людьми, и вместо путешествия верхом на лошади, езде на которой меня обучили ещё в Обертоне, заперся в карете, закрыл шторы и боролся с последствиями дурмана где-то до середины дня. И лишь когда пекло меня доконало, я открыл настежь шторы и вдохнул свежий воздух.

— Поля примо Арройо воистину огромны, — подал голос Сималион, едва заметил моё лицо в окне. После увиденного в покоях Гуляева, он приглядывал за мной особенно внимательно. Быстрее всех сообразил, кто скрывался под личиной магистра Анумора, но держал язык за зубами. — Старик прожил уже почти девяносто зим, а занимать своё место в армии Триединого не спешит… И как он в этом возрасте успевает за всем уследить? Я слышал, он не только никогда меча в руках не держал, но и к земледелию равнодушен.

— Ты в порядке, аниран? — участливо спросил Иберик.

— Да, всё нормально. Хотел бы я обойтись без листьев, да, видимо, это невозможно.

— Тебя что-то беспокоит?

— Неважно… Погодите! — сначала я отмахнулся от Иберика, а затем увидел из окна то, что не ожидал увидеть. — Тпру-у-у-у! Ну-ка стоп!

Пинком я распахнул дверь и выпрыгнул из кареты. Метрах в десяти прямо по курсу брал начало перекрёсток. Широкий тракт шёл дальше на юг, добротная дорога сворачивала налево, а узенькая колея — направо. И эта узенькая колея извивалась меж двух полей, желтевших шикарными рядами спелых колосьев. Колея тянулась с полкилометра и закольцовывалась вокруг крепкого одноэтажного домика. Его завалинка, его окна со ставнями, его скатный деревянный навес над входной дверью оживили во мне воспоминания. Чувство, что я уже видел это место, что уже был здесь, накрыло меня целиком.

— Дежавю, — пробормотал я.

— Что случилось, аниран? — дверца ехавшей впереди кареты отворилась. На подножке показался эстарх Эриамон.

— Кто там живёт? Не знаешь, святой отец? — кивком головы я указал на избу.

— Это земли примо Арройо, — пожал тот плечами. — Но их поместье мы уже проехали. Оно вдали, за холмом. Хочешь наведаться?

Я не ответил, прислонил руку ко лбу, прикрывая глаза от солнца, и увидел, как из дома кто-то вышел. С такого расстояния я не смог понять ни возраст, ни пол человека. Но заметил, что тот набрал воды в колодце и, по дороге обратно, остановился. Разглядел нас и наблюдал какое-то время. А затем скрылся в доме.

— Вперёд, — я забрался на подножку. — Поехали спустимся. Посмотрим, кто там. Пусть обоз движется дальше. Нагоним.

— Да там, наверное, семья живёт. Может, две. Стоит ли на них тратить время? Они и так узнают, что аниран существует.

— Не в этом дело, Сималион. Я видел это поле во сне. Хочу узнать, что это значит.

— Аниран обладает даром предвидения? — удивился эстарх.

— Нет, — ответил я. — Аниран обладает даром предчувствия… Поехали. Бертрам, веди остальных вперёд. Мы нагоним.

— Я с вами, — Эриамон успел заскочить в мою карету, хоть его не приглашали, и поёрзал на скамейке, удобнее располагая своё немолодое тело. — Я рассказывал тебе, аниран, как Его Величество Абриль Второй неудачно поохотился? Тучнотелый выпивоха перепил секхи, и вместо вепря подстрелили его самого. Ха-ха. Бедолага потом до самой смерти жил с кличкой "хромой хряк".

Я был вынужден слушать очередную историю о прошлом Астризии. Очередную безрадостную и кровожадную историю про бестолкового монарха, мечтавшего лишь о жратве, бухле и бабах. К счастью, история, как и период правления Абриля Второго, длилась недолго — Бенал быстро доставил нас к одинокой избушке посреди полей.

— Всё, хватит, святой отец, — остановил я словопоток и отворил дверь. — В вашей стране что ни монарх, то алкоголик или наркоман. Неудивительно, что на вас снизошёл карающий огонь.

— Да, — склонил голову эстарх. — Наркоман, да. Я уже знаю, что сие слово значит… Поделом нам досталось, поделом. Ты прав, аниран.

Я вышел из кареты и осмотрелся. Никого в округе. Лишь птицы над полем кружат, да "журавль" колодца поскрипывает.

— Есть кто живой!? — прокричал я. — Ау, хозяева!?