– И ты?

– Я – нет. – Лорен деловито открыл очередную банку с пивом. – Майкл странный, конечно, но он до безумия обожает свою работу… И ты видел его легит? Ими ещё надо уметь управлять… Тут и у нормального крыша поедет! – Он опять рассмеялся. – Ну вот теперь вроде всё.

– Спасибо, Лорен. – Поблагодарил его я, получив, что хотел. – Теперь домой?

***

Рид вернулся вечером позже обычного, объяснив это тем, что по дороге заехал в больницу к Тайлеру.

– Герой нашёлся! – Возмущался гранлиит уже дома. – Отхаживали его потом до вечера, а он лежит и усмехается. Смешно ему, видите ли!

Мы с Лореном лишь переглянулись – успев выспаться, нам удалось скрыть следы своего «преступления», заключавшегося в немереном употреблении слабоалкогольных напитков.

– А вы чем занимались весь день?! – Подозрение всё же скользнуло по его глазам – он неплохо знал своего племянника, да и меня тоже.

– Спали. – Честно пялясь прямо в глаза дяди, почти не соврал Лорен.

– Угу. – Подтвердил я, когда взгляд Рида обратился ко мне. – Как Майкл?

– Жить будет. – Заверил нас Рид. – Хотя Майк и обещал открутить ему голову, когда того выпишут. Он страшно разозлился, узнав о побеге брата из больницы…

– Дай угадаю, тебе тоже досталось? – Не без интереса прищурился Лорен. – Ведь именно ты был соучастником побега…

– Немного. – Нехотя сознался гранлиит. – Но если бы я не согласился отвезти его в Легитерию, этот безумец вызвал бы такси или придумал бы ещё чего похуже… Он такой упрямый! А так я хоть мог приглядеть за ним…

Рид был по-настоящему расстроен и удручён – должно быть, не только из-за Майкла, а ещё и из-за свалившегося на наши с ним головы предложения капитана Соита. Словно поняв, о чём я сейчас размышляю, он покосился на любопытную физиономию Лорена, и сдержанно произнёс:

– Чуть позже.

«Чуть позже» настало сразу же после ужина, когда Ситт, наевшись, вышел из-за стола, сетуя на усталость, и отправился в свою комнату – должно быть, чтобы вновь завалиться спать.

– Что надумал, Джоэл? – Хмуро спросил Рид, едва мы остались наедине.

– Ничего. – Честно сознался я. – Какой из меня леттер, Рид? Посмотри на меня, я драться-то толком не умею, не то что спасать кого-то или чего-то… Чем вы там обычно занимаетесь…

– Да не очень, это я и сам понимаю. – Грустно согласился Рид. – Другие этому восемь лет учатся, с детства. Но, с другой стороны, если согласишься, у нас будет официальное разрешение на выход в открытый космос, и мы сможем…

– Рид, эти люди… О которых говорил Тайлер. Ведь он прав. Я несу ответственность за то, что они могут совершить.

– Здесь ещё ничего не ясно. – Попытался возразить гранлиит, но я перебил его.

– А, по-моему, яснее некуда! Им нужен я – желательно мёртвым, но я не хочу умирать, Рид! Можешь назвать меня трусом, это правда… Но если мой братец получит власть, при этом зная, где этот чёртов портал в эту точку Вселенной, Грессии несдобровать! Это я тебе заявляю с полной уверенностью - он жаден до чужого добра, а добра здесь хватает…

Рид некоторое время смотрел на меня исподлобья, то ли оценивая мои слова, то ли пытаясь что-то связать в уме.

– Давай по порядку, хорошо? – Наконец вымолвил он. – У нас есть три дня, чтобы всё детально обдумать. Я не собираюсь заставлять тебя участвовать во всём этом, по крайней мере в качестве леттера седьмого легита.

Что касается Майкла, он не задержится в госпитале надолго, это я знаю точно, он даст свои показания относительно их недавнего задания… И да, тебе придётся с ним объясниться. Я не знаю, как ты это будешь делать, Джоэл. Зря ты ему пообещал такое…

Я и сам это понимал сейчас, не хуже Рида, а потому промолчал, лишь кислости на моём лице прибавилось вдвое.

– Отдыхай. – Всем видом показывая, что на сегодня всё, Рид устало вздохнул. – Три дня. У нас еще есть три дня.

Глава 30. Тайна, которая становится ещё явнее.

Но прошло только два.

Я спал в комнате Лорена, просто банально опасаясь оставаться в одиночестве. Нет, днём я умело держал себя в руках и даже пытался не думать ни о людях графа Анедо, в причастности к которым я уже начал подозревать Майкла Тайлера, ни о преследователях с моей родной планеты, что злой шуткой судьбы, едва не расправились с этим несносным лиитом.