«Ниа, — осторожно начал он. Девушка ожидаемо дернулась и несмело посмотрела на него. Если к Аркере она относилась как дикая кошка, яростно оберегающая свое целомудрие, к Беддаху — как отцу, которого у нее не было, то его явно боялась. — Ниа, хорошо, что ты меня слышишь. Не пугайся так, я не кусаюсь…»

— …убийство Анастасия внесет сумятицу, — продолжал Беддах, не замечая, что Ниа уже не слушает его. — А это еще хужее. Кто знаит, что взбредет в бошку толпе вооруженных людей? Надоть ведь сохранить ваши жизни, так? Вот от этого и отталкиваемся…

И почему он заговорил с ней? Каллад и сам не понял. Это был сиюминутный порыв. И он хотел этого. Хотел заговорить… Ведь все это время, со дня смерти отца, он невыразимо одинок. Да у него есть брат, с которым прошел огонь и воду. Но то брат! Брат есть брат, и всегда им будет. Но брат никогда не даст ему чего-то настоящего. Чего-то сокровенного.

Быть услышанным кем-то другим. Сказать что-нибудь. Прошептать, и пусть слово родится. Только для того, кто по-настоящему примет ценность того, что он скажет.

Любой звук, произнесенный вслух, разрушит эту магию, возникшую между ними. И потому девушка молчала, ожидая. Аркера тоже что-то почувствовал и насупился. Приревновал? Каллад улыбнулся, взглянув на звездное небо.

«Я рад, что ты меня слышишь, — мысленно сказал Каллад, и, подумав, добавил: — Я обещаю, мы вытащим твоего брата. Чего бы нам это не стоило. Аркера! Поговорим?»

Они отошли. Глядя в глаза брату, Каллад всем телом ощущал, что она на него смотрит. На них обоих. Странно, наверное, это выглядело со стороны. Два парня в полном молчании друг против друга.

Наконец, они вернулись.

— Вот что мы решили с Калладом, — сказал Аркера. — Мы залезем на стену и будем оттуда наблюдать. Не вмешиваясь. Будем ждать подходящего момента. Дадим знак…

— Только не магический! — вставил Беддах. — Знаю, Мёд учил тебя подобным штукам! Он и Тимьяна научил…

— Я не дурак, знаю, Беддах. Делать такое в логове вордуров — все равно что сунуться в петлю. Не боись, у нас есть способы попроще. А вы с Ниа будете неподалеку.

— Решено, — кивнул Беддах. — Хороший план. Лучшего не нам все равно не придумать.

Стена была высотой в полтора-два человеческих роста и венчалась прямоугольными зубцами. В глухом темном тупике, к стене были привалены потрескавшиеся, местами подпаленные бревна и брусья, неподалеку — кучка битых кирпичей и булыжников с каменоломен, мешки с песком. Место давно заброшенное, сорняки пробились меж строительным мусором.

— Как раз, — оценил Аркера. — Прямо нарочно для таких, как мы, правда Каллад?

Каллад кивнул. Указал на стену и повернулся, но Аркера остановил его, положив руку на плечо.

— Постой, брат. Скажи мне, что было там, с Ниа?

Каллад стряхнул его руку. Посмотрел на него сверху вниз. Он был старшим и в прямом и в переносном смысле.

«Ты и в самом деле думаешь, что мы ей ровня? Ты что, Аркера? В своем уме? Еще совсем недавно как крысы, шарились по помойкам и прятались в подвалах и всяких клоповниках. А теперь ты ревнуешь ко мне принцессу? У нас заказ, и мы выполним его. Мы — чертовы наемники, запомни это!»

Аркера ухмыльнулся.

— Все так, брат. Все так. Но ты меня не обманешь. Тебя она и впрямь зацепила. А что до меня… да плевать. Ровня или нет. Все мы люди. Идем.

Каллад забрался на кучу, скрестил пальцы и подсадил брата. Не успех Каллад моргнуть и глазом, как брат протянул ему руку.

— Цепляйся, черт бы тебя побрал!

Они спрыгнули на боевой ход и сразу пригнулись. Кто-то что-то выкрикивал. Что именно, они не разобрали. А затем раздался оглушительный вопль Грига:

— Да! Вы меня так просто не возьмете!

Свист мечей, вылетающих из ножен. Тишина.

— Я посмотрю, что там, — шепнул Аркера, осторожно выглянул и сел обратно. С сомнением покачал головой. — Черт! Выгляни-ка сам. Ничего не понимаю…

За прилавком, подмяв сломанный табурет, лежал, неестественно выгнув шею, хозяин харчевни. Тимьян получше осветил его каганцем, нашедшимся на прилавке. Глаза открыты. В рот вставлена тряпка, видимо полотенце с плеча. Другой конец полотенца, смоченный в крови, покоился на груди.

— Не опасно свет зажигать? — как-то слишком буднично поинтересовался Кир. — Не просекут?

Тимьян ничего не ответил. Он глядел на безвестного мужика и в который раз задумался, как так получается, что жертвы тех, кто, как он надеялся, остался в далеком прошлом, неизменно выглядели согласно канону. Ничто не могло поколебать их решимость следовать канону. Никакие случайности. Или закономерности.