— Нет, — возразил Онтеро, — в драке хватило моего умения. А песню парень вспомнил потом уже, когда приходил в себя.

— Вот видишь, все-таки тогда, — заметил Йонаш, — не знаю сколько еще раз это происходило, но подозреваю, что когда вы сквозь лес пробирались, и от тех тварей защититься хотели, угадал?

Онтеро вновь кивнул головой.

— Видишь, Песня приходит на выручку Певцу лишь когда у него нет другого выхода или ему угрожает опасность, — продолжал Йонаш, и Онтеро, вспомнив чудо, спасшее их в океане, лишь вновь кивнул головой, продолжая слушать.

— А жрица — это очень серьезная опасность, — добавил уже Йолан, мрачно улыбаясь.

— Погодите, — вмешался Дастин, — а что за опасность-то, что она со мной попытается сделать-то?

Йолан фыркнул от смеха, но увидев что смешно только ему, ответил:

— Вот появится здесь — узнаешь. А хочешь, своего учителя спроси, — Йолан кивнул на Онтеро, — Может он тебя хоть чему дельному научит… — и заржав вовсю Йолан развернулся и вышел из хижины, с трудом произнеся сквозь смех, — «… что она со ним сделать попытается…» Не могу!..

Йонаш покачал головой, взглянул на герцога, лицо которого уже не в первый раз побледнело от гнева, потом на Онтеро, который задумчиво и смущенно тер лысину, и наконец повернувшись к Дастину сказал:

— Не обижайся на него, он просто давно уже не жил среди простых людей. Понимаешь, Дастин, ты ведь при дворце жил, так что если на тебя и не обращали внимание, то по крайней мере слыхать-то ты уж все равно должен был, что мужчина и женщина друг с другом делают наедине…

— Ты хочешь сказать, что я и… я… и… принцесса… — юноша ошалело смотрел на Йонаша и не мог закончить.

Невдалеке от выезда из Ирнара шайка разбойников подкарауливала добычу. Но день выдался неудачный. Все проезжавшие имели либо сильную охрану, либо были такими же разбойниками, как они сами, и потому в охране не нуждались. Незадолго до полудня удача, казалось было, улыбнулась шайке — из города медленно ехала карета, запряженная четверкой великолепных лошадей, а рядом, в качестве охраны, ехало всего трое человек в серых плащах. Оно, конечно, всем было известно, что с серыми лучше не связываться, но уж больно их мало, и больно привлекательна добыча… И банда залегла в кустах.

Однако события повернулись совсем не так, как ожидалось. Сначала карета, как и ожидалось, остановилась у поваленного дерева, и разбойники накинулись на охрану со всех сторон. Одного из серых даже удалось стащить с лошади и насадить на рогатину будто медведя, но тем временем двое других стали отбиваться с такой яростью, что бывшие деревенские драчуны и заводилы, сменившие плуг на большую дорогу, поостыли. А затем из окна кареты прямо в лежащее поперек дороги дерево ударила ни много, ни мало молния, и от середины ствола на дороге остались лишь головешки и кучки пепла, уже не удерживавших лошадей, которые сорвались с места и понесли. Чем это закончилось для пассажиров кареты так никто и не увидел, поскольку разбойники в этот момент уже улепетывали изо всех ног.

Двое серых подобрали своего товарища, устроили его в седле, и вскачь помчались за каретой. Дорога опустела и уже некому было увидеть, как на ней появился мощный отряд рыцарей, который неторопливо и уверенно проследовал вслед за каретой и серыми, не то преследуя их, не то просто следуя за ними…

Йолан с лейтенантом серых обходили посты вокруг лагеря. Вообще-то рутинная процедура не требовала вмешательства мастера, но Йолан имел свои причины поговорить с командиром отряда «избранных» наедине, а Егард приставил к нему именно избранных.

— Тебе никогда не казалось, что это несколько неправильно, когда человек твоих способностей и заслуг перед Орденом ведет не слишком роскошную жизнь?

— Я служу Ордену, — сдержанно ответил тот.

— Да, разумеется, но ведь, скажем, бароны и маркизы всякие тоже королю служат, и роскошь им отнюдь не мешает…

— Я не обсуждаю решения стоящих выше меня, мастер, вы ведь знаете.

— Похвально, весьма похвально. Но предположим один из вышестоящих предложил бы тебе и еще некоторым другим достойным членам нашего Ордена, проявившим себя верностью, исполнительностью, храбростью, то, о чем я упоминал. Дворянство, титулы, поместья, и все это за то, чтобы продолжать честно служить Ордену, как и до этого? Как думаешь, это было бы правильно.

Серый несколько растерялся от такого вопроса, но ответил:

— Если вышестоящие так решат, несомненно.

— А сам-то ты что думаешь? Положим ты был бы таким вышестоящим, ты бы счел нужным дать нашим людям это?

— Мне не положено думать, мастер. Но если Вы настаиваете, я слышал истории о войне в Гланте, и что мы получили? Опять прячемся как крысы… И многие наши люди сейчас спрашивают, а что мы получим от этой войны. Так что, если Вам интересно мое мнение, мастер, да, наши люди должны получить все это, они это заслужили, а магистр должен быть по меньшей мере королем. Ему это может и не нужно, но это было бы чрезвычайно полезно для всего Ордена и его членов. Леоногия не очень большая страна, даже с соседними госудаствами, но нам должно хватить.