Я отобрал очки и, вложив из в серебряный футляр, помахал им перед носом озадаченного Императора.

— Но у меня нет ничего такого, чтобы я мог подарить тебе, добрый варркан.

Теперь главное не переборщить.

— А вот здесь ты ошибаешься, — половина дела сделано. Противник заинтересован и практически повержен, — Я хочу, что бы ты сделал для меня кое-что.

— Все, что угодно, добрый варркан, — мальчишка аж исходится от нетерпения.

— Для начала… для начала подари мне свою игровую комнату. И пообещай, что никогда больше не стаешь маяться здесь дурью.

Император закивал так энергично, что я сразу же ему поверил.

— Далее. Отыщи самые лучшие краски и как-нибудь выбери время, чтобы на правах гостя придти теперь уже в мою игровую комнату.

— Но ты же…

— Терпение, мой друг, терпение. Ты должен немного поработать на благо своего королевства. Собери всех своих солдат, все свои куклы и нарисуй им лица. Возможно я ошибаюсь, но думаю, что после этой кропотливой и немного скучной работы у тебя появится много-много верноподданных. Нормальных верноподданных, которые будут пахать поля, убирать хлеб и пасти твои тучные стада. И конечно играть с тобой в нормальные человеческие игры. Ты должен повернуть историю вспять и сам исправить то, что натворил десять лет назад.

— Согласен, добрый варркан. Я сделаю это, клянусь своим королевством. Теперь ты отдашь мне подарок?

— Может, я прошу слишком много, но пойми и ты меня, мой юный друг. Мне необходимо вернуться в свой мир. И только ты сможешь помочь мне в этом. Что скажешь?

Император, переставший быть Императором, размышлял недолго.

— Я попробую. Я постараюсь. Это не сложно. Все?

— Теперь да.

Я протянул футляр Оливеру.

— Единственное, что мне хотелось, чтобы ты выполнил мою последнюю просьбу как можно скорее. Прямо сейчас. Это возможно?

Оливер напялил на себя очки, засмеялся, озираясь и только потом вновь обратил свое внимание на терпеливо ожидающего варркана.

— Сейчас? Как скажешь, добрый варркан. Конечно, мне бы хотелось поиграть вместе с тобой под солнечным светом. Но я не смею задерживать отважного и доброго варркана. Ты готов?

Я всегда готов. У меня аж под лопатками от нетерпения свербит. Но остались небольшие формальности.

— Извинись за меня перед Королем. Он хороший человек и думаю, если ты поговоришь с ним откровенно, поймет, что ты достоин его. И вот еще… Передай сестре, что мне было приятно помочь ей и Графу. Это все.

Оливер протянул маленькую ладошку.

— Я благодарен тебе за все, варркан. Ты даже сам не представляешь, что ты сделал для всех нас. И для меня особенно. Я сделаю все, что обещал. И, конечно, передам твои слова сестре. И может быть даже поцелую ее за тебя. Думаю, она заслужила это. Она… в общем она очень хорошо относится к тебе. Прощай, варркан. Доброй и короткой дороги…

Солнечный свет не так уж ярок, когда смотришь на него через черное стекло…

— Дорогие молодожены! Сегодня у вас знаменательный день. Всего через минуту вы станете мужем и женой. Согласно существующему закону и, надеюсь, вашему обоюдному желанию. Перед вами откроется новая, прекрасная жизнь. Позвольте спросить будущего мужа, — взгляд в мою сторону, — Согласны ли вы, взять в жены эту девушку?

Еще бы не согласен. Знала б эта толстая тетка с фальшивым золотым медальоном на груди, через что мне пришлось пройти, чтобы завоевать Илоннею. Покорить целый мир, это не цветочки из шланга на центральной площади полить.

Стоящий рядом Пьер, он же бывший Дракон, он же бывший черт знает что, но ближайший друг и соратник по борьбе с темными силами, нетерпеливо пихнул в бок и процедил сквозь ослепительную улыбку.

— Скажи «да», клоун. Послал же бог друга. Не мог на собственную свадьбу нормально одеться.

Что-то в словах Пьера мне не понравилось. Что значит — клоун? Вполне приличная одежда.

Я скосил глаза вниз и озадаченно икнул.

Чертовщина какая-то. Сапоги выше колен. Штаны, все в пыли и с дырками. Про куртку, вообще, разговора нет. Словно только что из стиральной машинки корейского производства. Не куртка, а лохмотья. Плюс к этому странная длинная штуковина, завернутая в совершенно немыслимо грязные тряпки.

Я еще раз икнул, проверяя себя на здравомыслие.

Пьер еще раз пихнул в бок. Но более настойчиво.

— Не стой истуканом. Все только тебя ждут.

Я очнулся и посмотрел на тетку с золотым медальоном.

— Ну? — вопросительно выгнулась она, — Согласны вы? Жениться.

Ах да, жениться. Конечно.

Я улыбнулся голливудской улыбкой артиста американского кино и театра Арнольда Ш., и тетка с медальоном улыбнулась в ответ. Не Шерон С., но душа видна. А без души здесь нельзя.

— Согласен, — наручники на руках «клац», ошейник на горло «блюмс».