— Она не хочет меня больше знать.

— Так и сказала?

— Нет. Но смысл был такой.

— Тогда не все потеряно. — повторил Дион и добавил: — Еще оттает.

— Навряд ли. — покачал головой Лекс.

Дион вздохнул, подумал и сказал:

— Эх, молодежь, всему вас нужно учить. А теперь попробуй встать на ее место и понять, что она испытывала, когда ты ее оставил в самый трудный момент. Представь, что она почувствовала, когда начала убивать, ты только вдумайся, полтора миллиона живых душ. Да она сама себя испугалась не меньше тебя, вот только в этом не признается. Она слишком независима, чтобы прилюдно признавать свои слабости. Но ей было еще страшней, чем тебе. Ты это только видел, а она это делала. Дай время, она отойдет и скорее всего, простит тебя. Мы испугались ее все, даже боги настороженно за ней наблюдали.

Лекс недоверчиво посмотрел на вампира.

— Не удивляйся, Лич слишком опасная тварь, чтобы ее оставлять без присмотра.

— Что? Она Лич?

— Еще нет, но уже в стадии становления и дальше будет только хуже.

Лекс выдохнул. Эверилд теперь его пугала еще больше, ведь в их мире она не была такой.

— А поэтому ей нужен рядом тот, кто удержит ее на краю пропасти.

— Это точно буду не я. — нервно сказал вампир.

— Я, верно, понимаю, что она теперь может спокойно себе искать более достойного мужчину? — приподнял бровь Дион.

— Что? Она не посмеет!

— Еще как посмеет. — возразил Дион и с наслаждением наблюдал за гаммой эмоций, от неверия до ярости и решимости вернуть ее любой ценой.

Вампир-некромаг удовлетворенно кивнул и сказал:

— Я пошел. — и постучался в комнату.

Вампирша силой мысли открыла двери, впуская посетителя. Он поклонился и сказал:

— Послы прибыли, нужно открыть границу. Мы не можем дозваться богини.

— Призовите ее помощников. — ровно бросила вампирша.

— Они тоже не отзываются, вся надежда на вас, верховная.

— Понятно, будем думать. Может, их провести через город-призрак? — постучала она ногтями по столу.

— Вы с ума сошли? Из него еще никто не возвращался.

— Мы с Лексом вернулись. — не согласилась вампирша, но в тоже время помнила правила этого мирка.

Город-призрак выпускает только магов разума и некромагов, потому что у них такой приказ. Хотела бы она знать, кто им такое приказал.

— Я схожу до города-призрака, постараюсь договориться с их главным. — сказала она и поднялась. — Если не вернусь, присмотришь за Ариной.

— Давай, Диану дождемся. — забеспокоился Лекс.

— Ты предлагаешь заставить наших гостей стоять на границе неопределенное время?

— Попробуйте воззвать к Диане, может она вам ответит. — занервничал Дион.

Вампирша достала еще одну сигарету и закурила, размышляя, что может быть он и прав.

— Но вот, что-то мне подсказывает, что богиня сейчас очень занята.

Она выдохнула дым. Силой мысли открыла сейф, и позвала сумку с вином, которое ей отдали в городе призраке. Кожаная сумка вылетела прямо к вампирше и плюхнулась на колени. Она достала ледяное вино, и обратила внимание, что надпись на этикетке бутылки изменилась на «Вино мертвых».

— Как символично.

Эверилд улыбнулась, накинула сумку на плечо, немного подумав, достала из ящика пузырек с подаренной кровью семи провинившихся богов, убрала его в карман и, открыв вино, отпила из него несколько глотков, и комната сразу же начала размываться, открывая улицы города. Прихватив сумку, сигареты и спички, вампирша шагнула в него, и сразу же в лицо ударил сильный ветер, пошел снег, и завыла метель. Город гневался. Эверилд стояла под пронизывающими ветрами, будь она обычным человеком, замерзла бы насмерть. Ветер завыл яростней, превращаясь в буран. В глаза летел снег, а сугробы уже были по половину голени. Она сморщилась и ударила ментально.

— Хватит!

Город настороженно замер, а на асфальте и домах выступила кровь. Она решительно шагнула вглубь и поняла, что здесь нет ничего ей знакомого. Тяжелое свинцовое небо черного цвета, казалось, вот-вот придавит ее к земле, а кровь на черных, как ночь домах и отдаленное завывание неизвестного зверя, стали для нее леденящей душу песнью смерти.

«Так, я кажись, адресом ошиблась» — подумала она, но любопытство взяло вверх и она пошла дальше по дороге с ручейками крови.

Они расширялись, а вой зверя приближался, и его становилось все больше, словно не одна тварь решила ей позавтракать, а целая стая. Она извлекла стилеты и всмотрелась в кромешную тьму. Вой приближался и сейчас он раздавался где-то в сотне шагов от нее. Эверилд скорее почувствовала, чем увидела приближение и нанесла удар первая. Раздалось скуление, а в ногу ей кто-то вцепился, и она ощутила боль.

— Ах, ты ж! — выругалась она и стала преобразовывать местность.

Вместо тротуара с кровоподтеками появилось озеро крови, над которым левитировала Эверилд. Затем она применила магию Марути, обратив кровь в лаву, и скользнула дальше. Уши заложил визг тварей и она, наконец, смогла их разглядеть: это были огромные грязные псы с кровавыми глазами. И если бы не отваливающаяся местами кожа и мышцы, она подумала бы, что они больны бешенством, но, увы, нет, это были трупы. Они верещали, рычали и распространяли зловоние.