Я подавилась еще одним глотком. Не хотелось нарываться на конфликт с консильери.

— Итак… этот парень, которого Ларс так внезапно отправил в отставку… — Никколо бросил на блондина строгий взгляд, словно тот был очень непослушным мальчиком, затем снова обратился ко мне. — Ты видела его раньше в вашем кафе?

— Нет.

— Подумай хорошенько. Ты уверена, что никогда не видела его раньше?

— Уверена.

— Как ты думаешь, твой отец мог быть с ним знаком?

Я подумала об этом уродливом человеке и его последних словах, обращенных ко мне:

«Передай своему отцу привет шеф-повару».

Во мне мелькнул страх, и он не остался незамеченным.

Никколо наклонился вперед. В его манере поведения было что-то такое, что напомнило мне змею, следящую за птенцом.

— Что это было?

— Что — это?

— Это небольшое подергивание, — проговорил он, указав жестом на мое лицо. — Ты только что о чем-то подумала. Что это было?

Возможно, это коньяк придал мне смелости…

А может быть, я просто устала от того, что мной весь вечер помыкали.

В любом случае, я ответила:

— Я удивилась, что за мужчина пристает с расспросами к женщине, у которой на глазах недавно совершили убийство, и человек, сделавший это, сейчас с ней в одной комнате.

Валентино захихикал у стены.

Но Никколо… Никколо одарил меня холодной улыбкой, которая не достигла его глаз.

— Ты лжешь мне, bella, — тихо сказал он. — Было бы очень хорошо, если бы ты сказала мне правду.

Когда он пристально посмотрел мне в глаза, я вдруг поняла, что смех, крики, обаяние — это все фасад.

Никколо прикидывался дурачком, но это было лишь для того, чтобы пробраться сквозь твою защиту…

Достаточно близко, чтобы вонзить в тебя кинжал.

Меня испугала перемена в его настроении, но я постаралась скрыть это, напустив на себя побольше серьезности.

— Я хочу лечь в постель. Или ты собираешься меня остановить?

— Здесь никто не будет мешать тебе, Алессандра, делать что угодно, — промурлыкал Никколо. — Кроме как покинуть поместье. Это карается…

Внезапно голос Дарио прервался из глубины комнаты.

— Никколо.

Это было предупреждение.

Приказ отступить.

Потому что я знала, что было бы следующим словом:

Карается смертью.

В глазах Никколо мелькнул гнев… а потом он снова стал прежним обаятельным человеком.

— Конечно, конечно, — сказал он, откинувшись в кресле. — Ты, наверное, очень устала, bella, тебе нужно пойти поспать. Мы сможем продолжить наш разговор утром.

Я кивнула и неуверенно поднялась на ноги.

— Массимо, проводи ее в комнату, — приказал Дарио.

— Я сама могу найти дорогу назад, — запротестовала я.

— Знаю, что можешь. В любом случае, он пойдет с тобой.

Я уставилась на Дарио, но он лишь спокойно смотрел на меня своими завораживающими глазами.

Мне было трудно отвести взгляд, но в конце концов я это сделала.

Другие глаза в комнате были не такими манящими.

А некоторые из них были гораздо более угрожающими.

Адриано с его гневом…

Ларс с его спокойным весельем…

Роберто с его расчетливым взглядом…

Валентино с его соблазнительной улыбкой…

И Никколо с его пронзительным взором, который просеивал мою ложь, как пшеницу.

— … хорошо, — сказала я, желая поскорее уйти оттуда.

Когда я встала, чтобы удалиться, Массимо подошел и проводил меня в комнату.

— Sogni d’oro, — сказал Никколо с ноткой насмешки в голосе.

«Сладких снов». Буквально, «золотых снов».

Меня держали здесь против моей воли, в доме, полном мафиозных бандитов?

Я была уверена, что мои сны будут совсем не такими.

Поэтому как можно быстрее вышла из комнаты, и Массимо последовал за мной по лестнице.

Когда я добралась до своей комнаты, он остановился на пороге.

— Приятных снов, — сказал он и закрыл дверь.

Я услышала щелчок.

Когда он ушел, я попробовала ручку двери…

… и обнаружила, что заперта.

Я легла в постель, но заснуть смогла только через много часов.