Гнев на его лице…

Это было одновременно страшно и… стыдно сказать… эротично.

— Я сказал твоему отцу, что не лишу тебя девственности, пока ты не попросишь меня, — хрипло прошептал он. — Я не сказал, что не буду делать с тобой все остальное, что мне нравится, и чего я хочу…. Я сделаю тебя своей шлюхой… и когда придет время, ты будешь умолять меня взять тебя.

Все мое тело дрожало.

А потом он наклонился и поцеловал меня.

Я была слишком потрясена, чтобы сделать хоть что-то, кроме как стоять на месте.

В прошлом я целовалась с несколькими мальчиками — в неловкие моменты за зданием школы.

Но это было совсем не то.

Он был таким высоким…

Таким сильным.

Его губы были мягкими и теплыми, и я чувствовала прикосновение его аккуратно подстриженной бороды к своей коже.

Сначала я стояла неподвижно, пока его губы нежно прижимались к моему рту.

А потом я зарычала и изо всех сил попыталась оттолкнуть его.

Но его вторая рука — та, что не дергала меня за волосы, — обвилась вокруг моей талии и без усилий притянула меня к себе.

Мои мягкие изгибы прижались к его твердому, мускулистому телу.

Чем сильнее было мое сопротивление, тем настойчивее он прижимал меня к себе.

И он поцеловал меня еще крепче.

Пока вдруг не опрокинул меня назад.

Я инстинктивно схватилась за его широкие мощные плечи, стараясь не упасть.

И в этот момент я сдалась.

Сдалась…

И это было блаженство.

Мягкость его поцелуя, который с каждой секундой становился все крепче…

Его рука в мои волосах…

Это было слишком для меня.

Я почувствовала, как его язык бережно коснулся моих губ…

И я открыла свой рот.

Я открылась ему навстречу.

Казалось, мы оставались так целую вечность…

Он держал меня в своих объятиях, лишая сил…

Наши языки нежно соприкасались в самом чувственном ощущении, которого никогда не испытывала.

Я не осознавала этого, но жар заполнил все мое тело…

Мои груди.

Между бедер.

Я ничего не соображала. Все, в чем давала себе отчет, это то, что я хотела большего.

А потом все закончилось.

Он отпустил меня и прервал поцелуй.

И, ухмыльнувшись, оставил меня, охваченную вожделением.

— Ciao, bella, — прошептал он своим хриплым голосом и вышел из часовни, а я осталась стоять на месте, дрожа от переполнявших меня чувств и страстно желая, чтобы он вернулся и повторил все снова.

Глава 13

Дарио

Она была самой восхитительной из всех, кого я когда-то пробовал.

На ее языке и губах было вино…

Но под вином скрывалась такая сладость, какой я не встречал ни у одной из моих женщин. А их было много на моем веку.

Сначала она сопротивлялась, пыталась оттолкнуть меня.

Но она была слаба, как младенец, и я легко ее одолел…

Пока она не сдалась.

Это был тот самый момент, которого я хотел.

Ждал именно его.

Я почувствовал, как ее сопротивление ослабевало…

И вдруг она растворилась во мне.

Когда я опустил ее, и она схватила меня за руки, моя победа была полной.

Но это была не просто победа над ней…

Дело было в ее сладости.

Абсолютная чистота и невинность ее поцелуя.

Я никогда не испытывал ничего подобного.

Через несколько секунд я был тверд, как сталь.

И мне захотелось сорвать с нее это платье и овладеть ею — войти в нее глубоко и услышать ее крики экстаза…

Но я знал, что если зайду слишком далеко, она взбунтуется.

Она должна полностью сдаться мне, прежде чем я сделаю этот последний шаг.

Она должна умолять меня взять ее.

Но после четырех лет, в течение которых я не прикасался к женщине, меня почти переполнило желание.

Представьте себе, что вы четыре года не пробовали сахар — ни винограда, ни апельсинов, ничего.

А потом вы откусываете от самой вкусной клубники, которую когда-либо создавал Бог.