— У тебя те же ощущения, что и у меня? — спросил я.

— Что речь идет не о том, чтобы вести с нами дела, а о том, что он присматривается к нам, чтобы понять, не может ли он напасть на нас? — сказал Никколо. — Безусловно.

— Если Фаусто действительно сказал, что мы пойдем на уступки, то нам нужно с ним поговорить, — сказал Роберто.

— Я думаю точно так же, — пробормотал я. — Никколо, позвони нашему «дорогому дяде» и договорись с ним на завтра.

Алессандра

Мы обедали в красивом ресторане в старой Флоренции. Столы были сервированы белыми скатертями и хрустальными бокалами, а еда была потрясающей.

— Вкуснее я ела только у вас дома, — сказала я Массимо.

Он похлопал себя по полному животу.

— Два эксперта из двух согласны.

— Но ты должен признать, — добавил Валентино, — что то место в Риме, куда мы ходим, лучше.

— Эй, эта дама только что аплодировала нашим домашним поварам, — добродушно сказал Массимо. — Прими комплимент, а?

— Я надеюсь, ты считаешь, что дома многие вещи лучше, — сказала я Валентино с нотками раздражения в голосе.

— О-о, похоже, у меня проблемы, — сказал Валентино.

— Похоже на то, — согласился Массимо.

— Что именно я сделал? — спросил меня Валентино.

— Ты флиртовал с каждой девушкой в магазине, когда у тебя дома есть прекрасная женщина.

— А, — сказал Валентино, как будто он наконец-то понял. — Послушай, Катерина пошла на это с широко открытыми глазами. Я никогда ей не лгал. Она знает, что я из себя представляю.

— И что же? — спросила я бесстрастным голосом.

— Бабник, — ответил Массимо.

Я рассмеялась.

Валентино протянул руки, мол, что я могу сделать?

— Я такой, какой есть, и хочу того, чего хочу.

— И чего же ты хочешь?

— Всего, — сказал он с ухмылкой.

— Надеюсь, ты не включаешь меня в это «все», — холодно сказала я.

Валентино поднял палец, как будто что-то забыл.

— Я хотел сказать — все, что не убьет меня, если я это получу.

— Ты хочешь сказать, что я убью тебя?

— Не ты — Дарио убил бы, — сказал Валентино. — И это правда.

Я сделала лицо, как будто не поверила ему.

— Дарио очень заботится о тебе, — согласился Массимо.

— Я думала, что он просто… собственник, — мрачно сказала я.

— Дарио мало что волнует. Но то, что ему не безразлично, он охраняет ценой своей жизни.

— Тогда почему он выгнал меня из дома?

— Почему он меня выгнал, — сказал Валентино, слегка насмехаясь надо мной. — Пару дней назад ты рискнула всем, чтобы сбежать.

— Ну… — сказала я, не желая признавать его правоту.

— Ха, ты знаешь, что я прав.

— Это не объясняет, почему он отослал меня.

— Была встреча с потенциальным деловым партнером, — объяснил Массимо. — Полагаю, он хотел…

И тут он запнулся.

— Что он хотел? — ждала их ответа.

Массимо и Валентино посмотрели друг на друга, а затем рассмеялись.

— Что смешного? — потребовала я.

— Я даже врать не умею, — сказал Валентино с ухмылкой. — Дарио не хотел, чтобы ты уезжала…

— Никколо хотел, — закончила я.

— Ага.

— Но почему?

— Наверное, по той же причине, по которой он разрешает Катерине работать только полдня, — сказал Массимо.

— А почему?

— Чтобы Валентино не срывался и не трахал ее при каждом удобном случае. Он делает это только по утрам.

— Боже мой! — воскликнула я.

— Что, твои девственные уши не могут воспринимать правду? — со смехом сказал Валентино. Затем он вдруг стал серьезным и обхватил голову руками. — Мои девственные уши не выдержат твоих криков, когда вы с Дарио будете вместе.

Я покраснела и спрятала глаза рукой.

Массимо засмеялся, но в то же время отругал Валентино.

— Перестань ее дразнить.

— Боже мой, Боже мой, Боже мой… — пробормотала я, оцепенев от ужаса.

Валентино завыл от смеха.

— Забавно, то же самое ты говоришь Дарио, только громче и выше. О, Боже, о, Боже…

— ХВАТИТ! — закричала я, швырнув в него булочку.

— Не надо кидаться едой, дети, — игриво укорил нас Массимо.

— Да, папа, — сказала я, наполовину шутя, наполовину раздраженно.