К вящему удивлению Гэрриет, понравился ей и Ронни Акленд, высокий красавец в твидовом костюме. У него был довольно громкий голос, чуть красноватое лицо и прекрасные белые зубы. Он все время улыбался, скорее всего просто от смущения.

Кори уже успел восстановить самообладание и теперь производил впечатление человека, слегка раздосадованного приездом незваных гостей. За все время на его холодном, невозмутимом лице не мелькнуло и намека на бушевавшее в душе смятение.

Вот это выдержка, восхищенно думала Гэрриет. Да, доведись ей неожиданно встретиться с Саймоном, она бы так не смогла.

Ноэль взяла у Кори бокал с вином, коснувшись при этом его руки, и стала бродить по гостиной. По дороге она переставляла некоторые украшения и поправляла картины на стене.

— С каких это пор наш камин стал дымить? — Пнув носком замшевой туфельки внушительное полено, она обернулась к Кори, но тут на пороге появился Кит Эрскин, в тесных до неприличия клубнично-красных брюках.

Ноэль, которая явно не ожидала встретить его здесь, в первое мгновение оцепенела.

— А ты что здесь делаешь? — В ее вопросе прозвучала скрытая неприязнь.

С минуту Кит демонстративно разглядывал ее, потом зевнул так широко, что Гэрриет заволновалась, как бы он не вывихнул челюсть.

— Вот, приехал в гости к своему брату — твоему мужу, кстати сказать. Заодно ухлестываю за этой знойной девочкой. — Он обнял Гэрриет за плечи и поцеловал в щечку. — А ты опять нацепила на себя это безобразие, — добавил он и, как и накануне, сдернул ленту с ее волос. Темные волосы Гэрриет тут же рассыпались по ее плечам, а щеки залились румянцем. Кит тем временем уже с улыбкой обернулся к Ронни Акленду.

— Мы с вами незнакомы, — сказал он, — но, насколько я понимаю, вы вскорости намерены превратиться в мистера Ноэль-Белфор Второго. Или третьего? Никак не могу запомнить.

Гэрриет поспешно ретировалась на кухню.

— Ну и обстановочка там, в гостиной, — пожаловалась она распаренной миссис Боттомли, которая самоотверженно орудовала над уткой. — Как думаете, мне обязательно с ними обедать?

— Конечно, — сказала миссис Боттомли. — Ты же должна следить за детьми. Миссис Эрскин всегда требует, чтобы за столом все было как положено.

— Понятно, — вздохнула Гэрриет. — Кстати, я посолила суп.

— Я тоже, — сокрушенно сказала миссис Боттомли.

Обед показался Гэрриет кошмаром. За приятной болтовней, звоном бокалов, комплиментами по поводу стряпни и взаимными улыбками ей мерещились темные, непроглядные дебри.

Люди за столом вели себя так, словно ничего не случилось: вспоминали общих знакомых, обменивались сплетнями, шутили — все это просто не укладывалось у Гэрриет в голове.

Ноэль беспрестанно что-то говорила — ее глубокий, чуть хрипловатый голос не умолкая вещал о том, какой прием ей устроили в Париже, о фильме, в котором она снималась в Африке, и о том, что сказали в магазине Картье о колечке, которое купил для нее Ронни.

Кит, успевший перед обедом осушить три бокала сухого мартини на пустой желудок, развлекался вовсю.

— Какой восхитительный суп, — сказал он Гэрриет. — Я всегда говорил, что женщина от природы должна как минимум две вещи уметь делать хорошо; и одна из них — это готовить.

Ноэль тоже попробовала суп, после чего немедленно попросила воды.

— Это ложка, а не лопата, — недовольно обернулась она к Шатти. — Почему мои дети всегда едят, будто перекапывают огород? Дурное влияние телевидения, вероятно.

— Только представь, Ноэль, если бы ты училась в университете, ты была бы еще умнее, — сказал Кит.

— Я слышал, у вас тут хорошая охота, — поспешно вклинился в разговор Ронни, пока Ноэль не успела придумать в ответ что-нибудь убийственное.

По мере того как Ронни и Кори увлеченно беседовали о гончих и сворах, желтый огонь в глубине ее глаз разгорался все сильнее. Она явно желала быть центром всеобщего внимания; пребывание в тени ее не устраивало. Когда подали утку, она, едва притронувшись к своей порции, потребовала соли и перца.

В столовую, размахивая хвостом, вбежал Севенокс. Судя по его виду, он провел полдня в дальнем конце сада, где была непролазная грязь. Он восторженно приветствовал Гэрриет и уже рванулся было к Ноэль, но та испуганно отшатнулась.

— Это что еще за жуткий зверь? Он же истоптал весь ковер!

— Это любимый пес Гэрриет, — сообщил Кори.

Когда Севенокс, хотя и не без труда, был изгнан из столовой, Ноэль обернулась к Гэрриет.

— У нас есть салат из апельсинов?

— Ноэль, прекрати этот спектакль, — резко сказал Кит.