— Хокаге-сама, в этом моя позиция останется неизменной и точно такой же, какой была позиция у моего отца. Кланы объединились в скрытые деревни с тем условием, что их традиции останутся нетронутыми, — Хиаши не хотелось повторения участи клана Учиха. Итачи был в Анбу. Нельзя отрицать того факта, что это мог быть приказ. Не нужно иметь Бьякуган, чтобы видеть, что всё это выглядело дурно. — Разве сейчас что-то поменялось? Не моя вина, что никто из главной ветви не желает вступать в Анбу, — а члены побочной ветви будут верны в первую очередь клану Хьюга.

— Не желаете им намекнуть, что таким образом они смогут быть крайне полезными Конохе?

— Конохе, или лично вам, Хирузен-сама? Клан Хьюга принёс бы куда больше пользы, отдай вы управление полицией Конохи нам, взамен павших Учиха! Но вы решили поступить иначе.

— Настали другие времена. В полиции как таковой не было нужды. Да и не кажется, что на ваш клан бы пала слишком большая ноша? Организация патрулей границ и территории страны Огня для вас не столь важно? — голос не изменился. Губы растянулись в лёгкой полуулыбке. У Хиаши возникло такое чувство, что старому Хокаге просто нравились такие непринуждённые беседы.

— Всё же эти обязанности разделяет не только клан Хьюга. Мы лишь занимаем главенствующую роль в этом вопросе. И могли бы заняться ещё и полицией.

— Не желаете ли ещё чего обсудить?

— Нет, — отказался Хиаши, хотя сам был бы не против задать один вопрос. С каких пор только окончившим Академию шиноби выпадают миссии, в которых есть риск пересечься с нукенинами «А» ранга?

Хьюга вновь вышел на улицу и вдохнул свежего воздуха. Отсюда до Госпиталя было не так уж и далеко, потому Хиаши решил прогуляться под утренним солнцем среди людей. Его узнавали люди и кланялись, выражая почтение. Да, не с таким пиететом, как перед Хокаге-самой, но все равно.

А вообще следовало всё же задать тот вопрос и выяснить: была ли та миссия именно проверкой команды 3, или могла попасть в любую учебную команду? Майто Гай — сильнейший джонин, из тех к которым привязаны учебные тройки, а Неджи уже мог использовать Небесное Вращение, да и вообще, был с запасом сильнейшим генином. Его становление чунином — исключительно дело времени.

Размышления пришлось прервать из-за того, что он вошёл в госпиталь. Ожидание было не долгим — вскоре появился медик, представившийся как Миттори. Хината упоминала некоего Миттори-сана, который курировал её обучение. Видимо, это был один и тот же человек.

— Хиаши-доно, — кивнул он. На лице шиноби красовалась лёгкая полуулыбка, обусловленная не столько этикетом, сколько желанием льстить. — Вы здесь, чтобы обсудить Неджи-куна?

— Да, Миттори-сан, — на лице Хиаши была всё та же маска безразличия, но тот факт, что не было ведра лести, а разговор сразу перешёл к делу, не мог не радовать. — Я здесь за этим.

— Яд Пурпурных Близнецов осел на лёгких Неджи-куна и начал ими впитываться. Его нужно будет извлекать, пока он окончательно не сросся с лёгочной тканью. Иначе…

— Могут возникнуть проблемы с дыханием, — закончил за него Хиаши.

— Да, всё так. И кашель станет хроническим.

— Ну и какие есть варианты?

— Поскольку Неджи-кун генин Конохагакуре, то есть три варианта. Операция будет проведена за счёт страховки за ранение во время миссии. Поскольку случай интересный и угрозы для жизни пациента нет, то работать будут интерны. Подрастающему поколению нужно получать опыт. Второй вариант — операцию будут проводить квалифицированные ирьенины. Денежная ссуда будет получена после договора с администрацией Хокаге. Ну и последний — просто оплатить операцию сразу.

— Какая стоимость?

— Четыреста тысяч рьё, — ответ Миттори-сана был кратким и исчерпывающим. А зная администрацию Хокаге — то итоговая цена операции могла выйти больше полутора миллионов. Мало какой шиноби захочет лечь под зелёного лекаря, даже не имея средств. Настоящий грабёж и добровольная долговая петля, хоть и в какой-то мере справедливая.

— Хорошо, я оплачу, — Хиаши спрятал руки в рукавах юкаты.

— У вас такое отношение к каждому члену побочной ветви?

— Лучше не лезть в дела клана Хьюга, — Хиаши хмуро взглянул на своего собеседника. На лбу Миттори-сана проступил пот. Он понял, что сказал лишнего. Никто не должен совать свой нос во внутренние дела кланов.

— Неджи-кун находится сейчас в двести седьмой палате, — сказал мужчина, оставив Хьюга одного.

Хиаши же направился на второй этаж. Теперь не нужно было активировать Бьякуган для того, чтобы найти племянника.

Неджи лежал на своей кровати и не ждал гостей. Увидев посетителя, он встрепенулся и сел, свесив ноги с пола.

— Хиаша-сама, — сказал он, в этот раз холодным и пустым голосом. Раньше от него слышались гнев и злость. При общении с Хинатой и Каей он лучился теплотой.

— Неджи, — Хиаши сел на свободный стул. Койки в палате были низкие, и глава клана смотрел на генина сверху вниз. Вообще, члены побочной ветви должны были падать на колени перед главой во время разговора, и сидеть на них до тех пор, пока не разрешат подняться. Но Хиаши многое прощал Неджи, особенно когда они оставались наедине. — Проведённая операция будет стоить двести тысяч рьё. Ты должен будешь вернуть те деньги, что клан потратил на твоё лечение.