— Соглашусь, палачи встречались у них неплохие, — кивнул рептилоид. — Помнишь…

— Ах, оставь! Мельчают люди, не тот теперь там размах. В общем, забирай пацана, натаскаешь на кошках. На них как раз есть наряд.

— Неужели Илиясфиль наконец-то созрела?

— В рапорте стоит вимала-бхуми! — поднял демон палец. Не шырь-шавырь.

— О, как! — уважительно поддакнул ящер. — Мое почтение. Что, перспектив выше нет?

— Кошачьи редко у нас поднимаются выше. А вот пасть могут легко. Сейчас надо рвать.

— Да славится Тысячеликий! Для блага всех живых существ! — с легким поклоном сложил ладоши лодочкой на уровне груди рептилоид. — Кто твой духовный куратор, малец? — Он повернулся ко мне.

— Гейла, — коротко ответил я.

— Та самая? — он вопросительно посмотрел на Баала.

— А я тут при чем? — возмутился тот, словно оправдываясь. — Да, та самая. А что еще делать? Никто не знал нашего Кайя лучше нее. А этот в его теле пришел! И ведь даже имя отдали ему!

— Да… Кай был легендой. Титан! — тяжело вздохнул ящер. — До сих пор не верю, что это случилось. Пусть перерождение в адах принесет благо ему и всем нам… Ты хоть знаешь, каким чудовищем был он, сынок?

— Гейла рассказывала, — кивнул я. Зря ребята скучают, скоро придет. — А что он сделал?

— Она не говорила? — переглянулись они.

— Нет.

— Бросил вызов Тысячеликому. Собирал его жатву, взяв почетное бремя греха на себя! — воскликнул ящер. — А за это попадешь в самый низший, ваджрный ад.

— Там очень плохо? — наивно спросил я, продолжая валять дурака.

— Оо-о… я просто не верю, что тебя прислали сюда! — простонал Баал-Брит.

— Малыш, в ваджрном аду ты никогда не поймешь глубокий смысл утверждения о том, что дерьмо и еда одного вкуса, к примеру, — терпеливо объяснил рептилоид.

— И всё?

— А что может быть хуже? — вскипел демон. — Котлы с раскаленной смолой? Это всё ерунда! Тупость — вот что не могут вылечить тысячи жизней! И кажется, ты исчерпал их не все!

— Будь милостив, друг! — сказал мягко ящер. — Для него это шок. Ты вспомни себя, когда увидел бардо.

— Выметайтесь оба! — рявкнул Баал. — Ах да… Кай, Флег — твой напарник. Старший напарник! А ты пока лишь дерьмо. Смотри, учись, впитывай Дхарму, чтобы быть достойным того, чье тело носишь сейчас!

Я поклонился и вышел за ящером. Вопросов стало больше, чем было. К примеру, за что ценят Кайя, если практик из него еще тот? Чод на кладбище он запорол, на туммо едва не замерз насмерть. Гейла от такого прогресса вряд ли в восторге. Чем Кай лучше меня?

— Флег, можно вопрос? — дерзко, по-свойски, обратился к нему.

— Ну? — остановился он.

— Не понимаю, как впитывать Дхарму, если мы тут должны убивать?

— Ах, вот ты о чем… — на секунду задумался он. — Слышал когда-то про Ангулималу? Сутту о разбойнике Пальцеломе? У вас ее должны знать.

— Нет… — помотал головой я.

— А о Миларепе? Тот вообще серийный убийца и черный колдун.

— Тоже нет.

— Тогда знаешь что? С этим вопросом обратись-ка ты к Гейле. Я не мастак объяснять. А мы с тобой сейчас к святой кошке идем.

Глава 19

Со времени последнего визита в Чистые Земли прошло три года. С тех пор тишина, и непонятно, почему меня перестали туда вызывать. С каждым днем воспоминания о ней блекли, расплывались и уже походили на сон, фантазию или даже мечту. В ней я мог быть чем-то большим, чем просто статистом в массовке на руинах еще недавно великой страны. Но ее уже нет, теперь всё не так.

Но на внешнем уровне мои дела шли неплохо. Удавалось совмещать учебу и поездки, не привлекая внимания, на фоне тысяч таких же, как я челноков. Но внутри пустота, которую могла заполнить лишь Гейла. Без нее всё казалось серым, однообразным, безвкусным. Деньги были, но какой в этом смысл? На них нельзя купить пропуск туда, где он вроде бы есть. Можно лишь ждать, когда пригласят, но это не точно.

И потому я качался, учился, а между поездками, вез на рынок тележку с баулом, чтобы после обеда вернуться с пустой. По выходным турецкие шмотки разбирали охотно, к тому же появилась парочка дилеров, которым давал на продажу. Но всё механично, словно играя нелюбимую роль, к которой не испытывал уже интереса.

«Ты на крючке» — сказала мне Гейла. Да, это так, но почему бы его не извлечь, раз больше не нужен? Я сделал всё, о чем попросила, и что же взамен? Ничего, кроме тоски. Во мне там что-то сломали. В уме рефреном слова ее песни: «…дай благословение, чтобы я потерял интерес к никчемной жизни, как эта…». Видимо, так и случилось.

Ах да, еще, похоже, забронировал себе место в адах. Может, хоть там ее встречу? Или к этому времени Тысячеликий уже забьет их собой, не оставив свободного места? Надеюсь, что Чома обретет просветление и вспомнит обо мне там, куда его с большой кровью отправил.