— Отлично. И когда мы пойдем? — спросила Мина.

— Как только соберем припасы и снаряжение, — ответил монах.

Вильгельмина перевела его ответ Киту, и тот поморщился:

— Зачем тащить с собой что-то лишнее? Возьмем несколько факелов, веревку, бумагу и карандаши. — Он подумал. — Спроси, а не может ли брат Лазарь достать какую-нибудь камеру? Со вспышкой?

Мина и Лазарь обменялись несколькими словами.

— Он говорит, что у брата Майкла в библиотеке есть фотоаппарат, надо у него попросить. Остальное снаряжение соберем быстро. Какое оружие нам понадобится?

Кит обдумал вопрос.

— Да ничего особенного. Какое-нибудь охотничье ружье, и хватит.

Мина переговорила с братом Лазарем, а затем сказала:

— В монастыре нет оружия.

— Ну и что? Добудем в городе, — отмахнулся Кит. Он потянулся и встал.

— Сейчас уже почти одиннадцать, — озабоченно сказала Мина. — Через час время молитвы, а потом надо приготовить богослужебные книги для вечерни.

Кит непонимающе посмотрел на нее.

— Что ты несешь, Вильгельмина? Ты что, правда в монахини подалась?

— Нет, — усмехнулась она. — Но пока я здесь, у меня есть определенные обязанности. — Она тоже встала. — А вечерняя служба — важное дело. Пропускать нельзя.

— Хорошо, но…

— Послушай, давай пока соберем то снаряжение, которое сможем, а завтра, после заутрени и завтрака, отправимся? Как тебе такое предложение?

— Ну, если ты считаешь, что так правильно…

— Да и тебе стоит передохнуть. — Она улыбнулась. — Заодно получше познакомишься с братом Лазарем.

— Идет, — согласился Кит, глядя на улыбающегося монаха. — Правда, мой испанский, и итальянский тоже ничуть не лучше моего немецкого. Но как-нибудь справимся.

Путешествие в Китай оказалось настоящим испытанием. Даже на относительно удобном корабле… Хотя когда это корабли были удобными? А еще они были очень медлительными. Даже самому быстрому из новых клиперов потребовалось больше шести месяцев, чтобы добраться из Портсмута до Гонконга. Быстрее никак не получалось. Или Чарльз Флиндерс-Питри не нашел более быстрого способа. Возможно, дедушка Артур и знал лей-линию, соединяющую Великобританию с Китаем, но секрет никому не открыл. Неудобства долгого морского путешествия много лет останавливали Чарльза от поездки в Китай, а единственная причина, по которой он все же решился на него, заключалась в настоятельной необходимости покинуть на время свой любимый лондонский садик.

Теперь, когда горбатая спина острова Гонконг показалась под низкими облаками, нависшими над гаванью, Чарльзу оставалось только не прыгнуть в море, чтобы добраться вплавь до берега, покинув ненавистное судно. Корабль прибыл в порт, и к полудню Чарльз уже медленно поднимался по пыльным крутым улицам в поисках дома сестры Сяньли. В гавани он с трудом отбился от навязчивых рикш ради удовольствия ощутить твердую землю под ногами после стольких недель на борту корабля, и теперь шагал с удовольствием, хотя улочки города могли бы быть более пологими.

На вершине холма он остановился и огляделся. Дома по соседству выглядели странно — беспорядочные деревянные бунгало в английском стиле с крутыми крышами, глубокими карнизами и большими верандами. Их строили для европейских бизнесменов и бюрократов с семьями. Большинство были выкрашены в белый цвет с красной окантовкой, а ради климата и приличий веранды и окна закрывали бамбуковые шторы. Он никогда не видел Хану-Ли, но знал номер ее дома, к тому же вдову известного государственного чиновника должны были знать.

Отдышавшись, он продолжил путь, выйдя на широкий, обсаженный деревьями бульвар, где стояли дома побольше. Между ними располагались зеленые лужайки с цветочными клумбами и декоративным кустарником, который обхаживали босоногие садовники в широких соломенных шляпах. Наконец он подошел к железному столбу в конце извилистой дороги. На столбе висела табличка с цифрой сорок три, нарисованной золотом. Он постоял перед довольно бестолковым, на его взгляд, домом, размышляя о том, как его встретят здесь. Впрочем, был лишь один способ это выяснить.

Чарльз прошел по дорожке и поднялся на крыльцо. Рядом с дверью был звонок. Он позвонил и стал ждать. За дверью послышался быстрый топот сандалий, дверь распахнулась, и перед Чарльзом предстала молодая китаянка с длинными черными волосами, одетая в простую белую рубашку. На ногах у нее были тапочки, сплетенные из водорослей.

— Добрый день, — Чарльз улыбнулся как можно приветливее. — Я хотел бы видеть Хану-Ли. Она дома?

Если его слова и произвели впечатление на девушку, она этого никак не показала.