– Теперь вы знаете, что случилось, почти знаете, - ее голос был обычным, однако как будто звучал с небольшой задержкой и довольно громко отдавался по подвалу эхом.

– Тебя здесь заперли? – задал вопрос я, опуская руку.

– С детства у меня было плохое зрение, я носила очки и никогда не была худой.
– начала она.
– В школе с самого начала надо мной шутили и обзывали меня. Очки у меня часто отбирали и ломали, а они тогда были дорогими. Меня могли толкнуть или даже побить. Со мной не хотели сидеть или разговаривать, говорили: «Не подходи, очкастая» или «Фу, ты толстая».

– Ты рассказывала об этом родителям? Учителям? – спросил я.

Только учителям, но они лишь отмахивались и ничего не делали. А родителям всегда врала, что очки случайно ломаю, про оскорбления всегда молчала. Дома мои папа и мама всегда ругались. Я не хотела еще больше им мешать. По ночам дома всегда плакала и спрашивала себя, почему это происходит именно с мной? – девочка сделала небольшую паузу, голос ее стал слегка срываться. Мы, замерев на месте продолжали слушать.

– После того момента на физкультуре я побежала сюда, потому что это было моим любимым местом в школе. Тут у меня был друг, - девочка указала пальцем в сторону, и я разглядел еще одни небольшие останки, лежавшие неподалеку. Судя по всему, в прошлом это была мышь или крыска.

– Здесь я могла спрятаться от всех и спокойно плакать, - продолжила девочка, - в тот день я забежала сюда и просидела несколько минут, а потом услышала, как замок с той стороны повернулся и ребята крикнув мне что-то очень плохое убежали. Я умоляла открыть, умоляла не оставлять меня здесь, но им было все равно. – призрак вновь сделал небольшую паузу, в это же время я, слушая проникновенный рассказ и смотря на нее готов поклясться, что увидел слезы в ее глазах.

Я, взглянув на своих товарищей увидел, что те находятся в полном изумлении и не могут проронить ни слова, поэтому решил взять все в свои руки и спросил.

– Что случилось потом?

– Через несколько минут земля затряслась под ногами, я услышала, как снаружи все кричат и куда-то бегут. Я тоже кричала что есть сил и пыталась выбраться отсюда, но никто меня не слышал. Они все убежали, а потом наступила тишина.

– Сколько ты здесь пробыла?

– Я не знаю, было холодно, хотелось кушать и пить, я просила о помощи, но вокруг была лишь тишина. Я сидела, плакала, играла с моим другом, а потом… потом наступила темнота.

Крамер и Мех взглянули на меня и в глазах у них читался немой вопрос. Что будем делать, капитан?

– Слушай, - я обратился к девочке, - ты же знаешь, что с тобой случилось?

– Я умерла? – она посмотрела на меня без какой-либо надежды в глазах.

Я слегка замялся, но решил сказать все как есть.

– Да, уже давно.

– Но я здесь уже давно, я ищу ребят, но никого нет. Я хочу сделать им больно, но мне попадаются только какие-то другие люди. Они ходят здесь с оружием и пытаются сделать мне больно, когда я хочу показать им то, что показала вам. Я делаю больно в ответ. Вы единственные кто пришел поговорить и без стреляющих штук. Вам не хочется делать больно.

– Мы увидели, что ты хотела показать – это очень грустная история, я думаю, что те ребята, что причиняли тебе боль уже давно наказаны. Тебе некому мстить, не нужно делать никому больно. – я говорил крайне осторожно понимая, что любое неверное слово может привести нас к летальному исходу.

– Да? Но скажите мне. А я толстая? Не красивая? Я хочу знать, за что со мной так? Я не такая как все?

– Ты не толстая и очень красивая, - сделав максимально мягкий тон ответил я. – Просто некоторые дети бывают жестоки и не понимают многих вещей, но они всегда в конечном итоге получают по заслугам за свои действия. Поверь мне. Я знаю.

– Правда? Ты хороший и… особенный - девочка улыбнулась. – Я, я чувствую, как мне становится легко, вы первые кто посмотрел то, что я хотела показать, первые кто не стал делать больно и говорить плохо. Спасибо.

– Ты можешь быть свободна, - сказал я, искренне не веря в то, что несу, однако выбора не было, что-то в голове подсказывало мне, что действовать стоит именно так.

Призрак продолжил смотреть на нас, на лице у него появилась легкая улыбка и постепенно он стал растворяться в воздухе пока спустя несколько секунд окончательно не исчез. Мы остались одни.

– Все? – выдохнул Крамер. Казалось, что мои друзья ни разу не продохнули за время моего диалога с девочкой.

– Наверное, - ответил я сам не осознавая, что только что сделал.

– Гриф, раскрой секрет, ты экстрасенс? Как тебе это удается? – Мех слабо ударил меня по плечу и заулыбался. – Я в штаны наложил и не дыша наблюдал за тем, что происходит. Просто не мог ничего поделать с собой.

– Не знаю, что это было парни, - посмотрев в их сторону ответил я, - давай те ка убираться отсюда, похоже путь теперь тут открыт.