– И как – исполнилось? – спросил Гаврил из-за спины. – Ну, желание.

– Ещё как, – через плечо сказала Василиса. – Там, знаешь, у всех одно желание – выбраться. Так что мне, можно сказать, сильно повезло.

Гаврил понимающе помычал. Потом спросил:

– А изначально ты что хотела там загадать?

Василиса не отвечала, молча взбираясь по склону. Наконец она оказалась на нормальной ровной земле над заводью. Осмотрелась. Соваться к Скиркудово, учитывая недавние события, не хотелось.

– Давай обойдём сад, – предложила Василиса, указывая в сторону.

– Давай, – пожал плечами Гаврил. Пошёл рядом и спросил: – Так что ты там хотела загадать?

– Сам-то как думаешь? – нехотя проговорила Василиса, глядя в сторону.

– Не знаю. Что?

Василиса некоторое время шла молча. В стороне темнели живые изгороди бывшего санатория, кишащие привидениями.

– Так что? – снова прицепился Гаврил.

– Что – что?

– Ну, какое желание?

– Да чтобы тебя отпустило! – раздражённо выкрикнула Василиса. – Тупая твоя башка. Я там чуть с ума не сошла, там Изюма какие-то монстры чуть не прибили. Зоя твоя с подружками нас хотела утопить. И всё из-за тебя. Кретин.

Василиса даже остановилась, чтобы рявкнуть всё это Гаврилу в лицо, потом упёрлась руками в бока, приготовившись произнести ещё какую-нибудь колкость, но вместо этого только глотнула открытым ртом ночной воздух и, глубоко дыша, пошла дальше. Господи, да ведь всё это правда. И теперь она снова ввязалась во что-то непонятное. Чтобы помочь тем, из-за кого уже рисковала жизнью, причём не только своей.

– Извини, – донёсся из-за спины тихий голос Гаврила.

– Да иди ты со своими извинениями.

Некоторое время Гаврил молчал. Потом вдохнул и произнёс:

– Тогда ты должна меня понимать.

– В каком смысле?

– Ну, почему я пытаюсь помочь Зое. Ты же хотела мне помочь.

– Это другое, – выдала Василиса избитую фразу, понимая, что не совсем права.

Но сравнивать заклятие, которое чуть не убило Гаврила, с остолбенением, которое Зоя, по совести говоря, заслужила? Нет, это совсем не одно и то же.

– А что там? – снова заговорил Гаврил. – Ну, в Чарусах. Где там желания исполняются?

– Тебе зачем? – наконец посмотрела на него Василиса. И сразу всё поняла. Он на что угодно пойдёт, лишь бы Зою выручить. – Ясно. Слушай. Там есть старая часовня с иконой. Но это только если сумеешь до неё добраться, потому что там тысячу раз можно сгинуть.

Гаврил только хмыкнул.

– А некоторые вообще ничего там не находят, – произнесла Василиса, припомнив Анин рассказ. – Поплавают да возвращаются. И вот ещё что. – Василиса остановилась и глянула на Гаврила. – Я туда с тобой не поплыву. Мне одного раза хватило.

– Ладно, – просто ответил Гаврил.

И тут Василиса заметила, что за его спиной глубокое тёмно-синее небо подсветилось, будто от огня.

– Это ещё что? – медленно спросила Василиса. Гаврил обернулся.

Вдвоём они смотрели туда, где простирались Чернореченские лавандовые поля, за которыми ухаживал призрачный садовник. И теперь над ними что-то полыхало.

Черничное небо над лавандовыми полями озарялось красными всполохами, и оттуда доносились слабые отголоски не то песен, не то криков, не то смеха.

– Может, не пойдём туда? – предложила Василиса, опасливо прислушиваясь. Если там распевают что-то вроде колыбельных, которые выдавала сегодня Лариса, лучше сразу идти домой.

– И где мы тогда лаванду возьмём? – спросил Гаврил, тоже не торопясь топать к полям. – Она у нас только там растёт. Хотя и не должна бы.

– То есть? – До Василисы смысл фразы дошёл не сразу.

– Ну, лаванда в нашей полосе по-хорошему вообще не зимует. Странно, что тут целое поле выросло, хотя за ним даже никто не ухаживает.

– Ещё как ухаживает, – пробормотала Василиса, припоминая призрачного садовника, которого они встретили месяц назад в саду Скиркудово. Хотя Гаврила тогда с ними не было. – Ты просто много пропустил. Хорошо, что вообще вернулся.

– Да, спасибо маме. Она какие-то молитвы читала. – Гаврил всё смотрел на небо.

Василиса снова не сразу догадалась, о чём речь. Только потом вспомнила молитвы на листочке, которые с ней передала для Натальи Львовны монахиня Маргарита из монастыря.

– А говоришь, ей нет до тебя дела, – произнесла Василиса с лёгкой обидой за начальницу, да и за себя саму, чего скрывать.