– Не хочу!!!

Я бился словно затравленный зверь в клетке. И все мое существо, все желание жить соединилось в один предсмертный вопль о помощи.

И единственный друг услышал меня.

В склеп ворвалась Самира. Птица летела на зов. Она стремительно спикировала к закрытой капсуле и со всего размаху долбанула клювом в стекло.

– Давай, детка... бей, не останавливайся!
– из последних сил кричал я.

Уникальная способность обратной эволюции утратила сопротивляемость!

– Черт!
– возможно я и был до сих пор жив, только благодаря ей.

Стекло пошло трещинами. Еще удар...еще... Полукруглая крышка со звоном разлетелось на мелкие осколки.

Адское солнце продолжало сжигать останки Атрарка, Синергия неумолимо била из открытого экзопартала. К счастью семурги обладали повышенной стойкостью к излучению.

– Достань меня отсюда.
– хрипел я.

Гарм принялся рвать оковы. Сквозь шум, грохот и рев пламени донесся хруст, птица схватила меня зубами и выволокла наружу, сорвав при этом с головы металлическую сетку с датчиками. Не удержавшись я свалился вниз, вдребезги разбив морду о каменный пол.

Внимание!

Требуется экстренное восстановление!

Нейрофейс мерцал, шипел, давал сбои.

– Ну, скорее же...
– скрежетал я.

Весь мой ресурс ушел на регенерацию поврежденных тканей. Притом процедура повторилась несколько раз, я до отказа насыщался эмпайрами от бушующего урагана и тратил все на возвращение себя к жизни.

С громким треском лопнуло стекло на одной из капсул. Потом на второй, третьей, а затем портал исчез, эмпирическая звезда схлопнулась, наступила тишина. Лишь изредка потрескивали парафизические разряды.

Я лежал мордой в пол, тяжело дыша и умываясь собственной кровью. Самира уселась рядом, как ни в чем не бывало принявшись чистить перья.

– Умница... Вовремя.

С трудом поднявшись я впервые погладил гарма. Его перья были жесткие, горячие, со стальным отливом. Птица издала довольный треск подкрепляя его чем-то похожим на курлыканье.

– Теперь я перед тобой в долгу.

От нее пришел яркий мысле-образ. Семург был рад снова оказаться рядом.

– Я тоже счастлив! Вернемся домой, отправлюсь для тебя на охоту. Что любишь больше всего на свете?

Появился образ идущего через лес человека.

– Нееет... Прекрати... Такого нельзя делать.

Я сбросил с себя остатки раскуроченного скафандра. Под ним на поясе в целости и сохранности находились мои вещи. Тесак, мамонт, крысиная нора. Сомнений не возникало в ней лежит и обрез с патронташем и кожаный плащ.

Тяжело ступая прошелся вдоль обесточенных капсул. Лежащие в них раты были мертвы.

– Никто не выжил.
– в расстроенных чувствах пояснил Самире.

Подходить к Атрарку, даже к мертвому, не хотелось, и я заковылял к открытому саркофагу, чтобы заглянуть в него.

– Ни хрена себе!

Оказывается это был тоннель. Большой круглый с отвесными гладкими стенами. Притом вел он в обе стороны, и в верх и вниз. Для того, чтобы понять это, нужно было подойти вплотную, заглянуть, и только тогда открывалась зловещая картина. Ни дна ни его окончания видно не было, будто он вел в никуда.

Внезапно за сгоревшими силовыми установками что-то шевельнулось, гарм насторожился, я машинально повернулся навстречу опасности.

Опираясь рукой о стену стояла Рысь.

– Кэмерин!
– я буквально бросился к девушке, - Жива?

– Рассчитывал на другое?
– она сняла с головы шлем.

Я обнял ее.

Все кончено... Мы убили его!
– одной рукой я прижимал Рысь к себе , второй гладил ее растрепанные волосы.

Как вдруг девушка напряглась, до боли сжав меня за плечи, тревожно затрещала Самира. Предчувствуя самое недоброе я обернулся. Поверженное чудовище медленно поднималось. Оно пошатывалось, урчало и неуклонно вырастало к самому потолку.

Внимание!

Требуется повторный парафизический удар!!!

Но я был практически пуст. Склеп фонил квант-эмпайрами, но для того, чтобы накопить их, требовалось время. Да и будь я наполнен под завязку, моей синергии все равно не хватило бы.

Не зная что делать, бросил взгляд на Кэмерин. Наши глаза встретились.

– Нееет...
– одними губами прошептала она.

– Прости.
– тихо проговорил я.

Кэмерин все поняла и не сопротивлялась.