Комплекс облицован белым камнем, а геометрически четкие линии и орнаменты из стекла и металла создают эффект движения, напоминая старинные дома в стиле арт-деко. У меня здание «Талассы» вызывает ассоциации с огромным кораблем, паруса-узоры которого трепещут на морском ветру. Схожести добавляет женская статуя в античном стиле, установленная на лицевой стороне фасада.

Егор останавливает Порш напротив входа и отдает ключи парковщику, чтобы отогнал на просторную, предназначенную для автомобилей, площадку.

Еще довольно светло, но сине-золотую ковровую дорожку, освещают яркие софиты, в желтых лучах которых уличный туман клубится, словно магия внутри волшебного шара.

Свет слепит. Некоторые гости, которые приехали раньше нас, всё ещё на дорожке, шутят, смеются, позируют фотографам, пританцовывают в такт музыке, звучащей из колонок. Вокруг царит оживление и радостная атмосфера. Шум, свет и веселье разгоняют туман и сырость, и я улыбаюсь, шагая по дорожке к крыльцу «Талассы».

С одной стороны от меня шествует Жаров, с другой — Береза, негромко рассказывающий, что у моей конкурентки — Ани Зориной резкий подъем популярности.

Вообще-то «Зорина» — псевдоним. Свою настоящую фамилию «Анциферова» девушка считает неблагозвучной. Зато теперь ее ник «Azori» у всех на слуху. Часто, в одном контексте с моим — «Ave_Mila».

Ниша у нас одна, и мы периодически делим одни и те же рекламные проекты, которые получает в итоге лишь одна из нас. Потому друг друга и недолюбливаем. И не упускаем возможности уколоть при случае.

— Спекулирует на том, что рассталась с парнем, — в пол голоса объясняет Гор увеличение количества Анькиных подписчиков. — Льет слезы в прямом эфире, жжет совместные фотки, ты же знаешь, народ такое любит.

Пожимаю плечами и замираю на несколько мгновений, пока группа фотографов снимает наше экстравагантное трио, потом отвечаю негромко.

— Похоже на прогрев к новому курсу об идеальных отношениях. А может просто пользуется моментом для бесплатного хайпа.

— Мое предложение о том, чтобы поцеловать друг друга на публику всё ещё в силе, — напоминает Гор, а Сергей с ухмылочкой добавляет:

— Как и моё.

То, как мы доверительно общаемся с Березой, склоняясь друг к другу с загадочными улыбками, и без того подогреет новые слухи о наших с ним несуществующих отношениях, особенно на фоне отирающегося рядом Жарова. То, что нужно для неплохого пиара. Что я, хуже Зориной что ли?

Лукаво подмигиваю обоим и театральным шепотом заявляю:

— Поверьте, мальчики, если вы исполните ваши мечты друг с другом, эффект будет столь же сногсшибательным.

Внутри музыка играет громче. Жаров тут же исчезает, будучи окликнут кем-то из знакомых. А мы с Березой с любопытством оглядываемся по сторонам.

Дизайн лобби и ресепшн-зоны довольно оригинальный. Несмотря на то, что большая часть облицовки ненавязчиво-серая, вставки из темного дерева и позолоченного металла создают интересные акценты. Пространство ощущается светлым, дышащим и стильным. Даже жаль, что сегодняшняя цель моего посещения «Талассы» не реклама. За один только дизайн я с удовольствием порекомендовала бы это место.

— Недурственно, — резюмирует Егор, очевидно, подметив всё то же, что и я.

Вопреки ярко-зеленому цвету волос и любви к кислотным цветам в одежде, чувство стиля ему, оказывается, не чуждо.

— Лана, Егор! — раздается голос Дубининой откуда-то справа, и я легко нахожу её взглядом среди разодетых гостей.

Сегодня платье Леры оттенка электрик и по цветовой гамме «вырви глаз» она гораздо больше сочетается с ярким Березой, чем с Никитой, тон рубашки которого нежно-сиреневый.

Словно сама судьба решила, что мы обе явились на торжественное открытие «Талассы», намереваясь обменяться партнерами. Ну, или не обменяться. Неважно. Главное — сегодня я, наконец, расставлю точки над «ё» и Сахаров точно будет моим.

Словно в подтверждение моих слов, Никита не сводит с меня взгляда, пока мы движемся друг к другу сквозь веселящуюся толпу. Достигнув цели, обмениваемся дружескими приветствиями и комплиментами.

Гости вокруг разбились на небольшие группы, увлекшись светскими беседами, в ожидании начала мероприятия. И наша компания ничем не отличается от остальных. Молодые, яркие, улыбающиеся.

Лера без умолку трещит о подготовке к будущей свадьбе и о том, что они с Никитой взяли небольшой отпуск, чтобы отпраздновать помолвку в кругу друзей.

— Заезжайте завтра к нам в гости, — радушно приглашает Дубинина. — Будут только свои.

Я с улыбкой киваю, соглашаясь, кем бы эти «свои» ни были, а Егор любопытствует:

— Во сколько?

— После пяти, — отзывается Никита, до этого почти не участвовавший в беседе. — Днем я буду занят.

— Он обычно проводит субботу, помогая волонтерам в приюте для бездомных животных, — объясняет его невеста, а я, уловив одну из нужных для разговора тем, спешу восхититься добротой и великодушием Сахарова: