— Не скажи, — возразил Кай. — Невольники попали в такое положение вследствие долгов или нищеты. Они сделали свой выбор сами. Между жизнью в цепях и смертью человек всегда выберет склонить голову. Был ли у народов най-джара выбор, когда вы увозили их с их островов?

— Вы разводите их в резервациях, как скот, а потом перевозите и продаете, — гневно поддакнул Юн. — И считаете это чем-то нормальным!

— Что-то не помню, чтобы Дом Сонг-Чи возражал против нашего «скота», когда мы обеспечили вас камнетесами и крестьянами после вашей этой эпидемии, — усмехнулся Рамир, чей Дом и занимался работорговлей.

— Это было столетие назад! — яростно возразил он. — Наш Дом следует всем догмам Имперских Истин.

— О как заговорил-то, — оскалился Джасс. — Неужто боишься, что если не будешь подлизываться, то вас посчитают изменниками так же, как и предателей из Великого Дома Амашито?

— Вздор! — Юн подался вперед, но Кай Ше’нааль удержал его, положив руку на плечо.

— Те события всем нам показали, что каждый из нас должен занимать свое место в Империи, — сказал Кай, и Камиши согласно кивнул ему. — Предательство осталось в прошлом, как и наши расприи с Империей.

— Слова крысеныша, который выбрал не ту сторону в свое время, а затем так же ловко переметнулся к победителям, — фыркнул набелит, которого разгорающийся конфликт, казалось, только забавлял.

Теперь уже даже Ада хмуро смотрела на парня понимая, что еще одно его слово, и вечер закончится настоящим скандалом.

— Думаю, многоуважаемый Амир не хотел обидеть никого из присутствующих, — она вмешалась в разговор, испепеляя парня взглядом. — И мне, как представительнице Дома Набелит, стоит принести извинения за необдуманные слова. Арракан пережил немало трагедий за свою историю, и этот прекрасный край не выжил бы, не прими ее Дома сложные решения, необходимые для блага и процветания. Не будем осуждать никого за то, что происходило десятки, а то и сотни зим назад.

Джасс неохотно кивнул, не решаясь перечить Аде. Арраканцы же заметно успокоились.

— Вам доводилось уже бывать в Арракане, госпожа? — внезапно спросил Камиши. — Говорите так, словно бы вам уже довелось посетить нашу провинцию.

На лице Ады промелькнуло странное выражение, словно бы она осознала, что сказала лишнего.

— Да, я путешествовала в детстве, вместе с матушкой. Это было много зим тому назад, однако высокие скалы, на которых раскинулись целые города, я до сих пор помню очень хорошо.

— Да, поэтому наши мастера до сих пор так ценны, — с гордостью кивнул Кай, словно бы он сам лично причастен к этому.

Стараниями Камиши острые углы, которые то и дело норовили вылезти в беседе, сглаживались. Он мастерски перехватывал инициативу в беседе, когда собеседники уже готовились выцарапывать друг другу глаза, где-то переводя в шутку, где-то уводя тему в другое русло, где-то без стеснения извиняясь. Но все же пара сотен зим перемирия между провинциями не перекроет тысячелетия кровавой вражды, а потому и вскоре разговор все равно свелся к очередным недовольствам и взаимным колкостям.

— Поражаюсь, насколько воистину великодушен Император, позволив вам сохранить столь варварские традиции, — фыркнул Эйдан, когда зашел разговор об особенностях семейных укладов и Нара Сарей, которая только что рассказывала о гареме своего отца, опешила.

— То же можно сказать и о церкви Единоликого, которую Империя почему-то до сих пор не запретила, — девушка сузила подведенные сурьмой и яркими тенями кошачьи глаза. — А даже мы не позволяем себе такой дерзости, как открытое поклонение Императору как богу.

— Чушь! — резко отрезал Эйдан, вид у него был крайне оскорбленный. — Единоликий бог — воплощение Имперских Истин, а наши святые — великие герои, заслужившие славу и почет своими праведными деяниями, а потому и удостоенные увековечивания в наших писаниях.

— К тому же, Остания всегда была верным союзником Империи, — сухо заметила Криста. — Наша вера — награда за века преданности и сотрудничества наших народов. А что же можно сказать про набеги набелитских ханов? Я слышала, что кочевники очень любят преподносить своим богам в жертвы в животных и даже людей…

— То, что Империя позволяет Набелиту сохранять наш уклад тоже своего рода награда, — усмехнулся Рамир. — Вернее даже уступка, чтобы умилостивить ханов. Однажды наши предки уже чуть не покорил весь континент, и Император не допустит недовольств на наших землях, ибо знает, чем это обернется.

Ниоши Курои, казалось, до последнего не верил в услышанное.

— Так это все правда? И кочевые племена, которые когда-то были Великим Набелитским Ханством, до сих пор существуют?

— Конечно, — кивнула Ада.