Мы закончили экскурсию и сидим на крыльце, едим хлеб с джемом и терпкие сочные яблоки, когда я спрашиваю Фэйт:

— Так у тебя есть парень?

Она улыбается, и ее лицо выглядит еще мягче, чем раньше.

— Да. Джексон, с которым Грант разговаривает вон там.

Я оглядываюсь и вижу мужчину, на которого она указала. На вид ему под тридцать. У него темные волнистые волосы и сильная, грубоватая внешность, в котором, безусловно, есть своя привлекательность. Я понимаю, почему она запала на него.

Мой взгляд автоматически перемещается к Гранту. Он немного выше и излучает другую, более холодную силу.

Джексон привлекателен, но он мне незнаком, и поэтому воспринимается как чужак. Грант — другое дело.

Он ощущается моим.

Смешно даже думать об этом. Чувствовать. Даже допускать проблеск такого в моем сознании. Я немедленно отмахиваюсь от этого, как и от всех других неуместных посторонних мыслей.

Когда я снова поворачиваюсь к Фэйт, она наблюдает за мной.

— А как насчет тебя?

Мои глаза расширяются в замешательстве, я на мгновение дезориентирована тем, о чем она спрашивает.

— Как долго вы вместе? — она наклоняет голову в сторону Гранта, чтобы пояснить смысл своих слов.

К моим щекам приливает жар.

— О… нет… нет, все совсем не так. Мы не вместе. Не в таком плане, — если я и могу звучать еще глупее, то я не знаю, как.

Она хихикает.

— Ты уверена?

— Да. Конечно. Мы не… парочка или что-нибудь в этом роде.

— Понятно, — она замолкает. Затем бросает на меня дразнящий взгляд, настолько похожий на тот, каким смотрели бы на меня мои школьные друзья, и это вызывает волну болезненной ностальгии. — Ты трахаешься с ним?

Это необычная тема для разговора между двумя людьми, которые только что познакомились, но сейчас в мире все по-другому, и мне это не кажется навязчивым. Я стесняюсь, но не потому, что она спрашивает.

— Н-нет.

— Нет?

— Ну, однажды мы это сделали. Но это было не так… Я имею в виду, это было давно, и это ничего не значило. Сейчас мы не вместе.

— Почему нет?

Я пожимаю плечами. Я понятия не имею, как ей ответить.

— Он знает, что ты все еще заинтересована в нем?

— Я не… Я не думаю, что я заинтересована.

Она закатывает мне глаза, чтобы показать, как мало она в это верит.

— Я серьезно. Я бы не прочь снова заняться с ним сексом. Я признаю это. Но я хочу отношений. Хороших. Романтических. С моногамией. Полный комплект. А он таким не занимается… Ну, может быть, у него были бы такие отношения в прежнем мире. Но теперь… — я качаю головой, обдумывая это. — Все, в чем он заинтересован — это делать дело и заботиться о наших людях. Он не тот парень, который может дать мне то, что я хочу. Этот мир и так достаточно суров. Мне не нужно напрашиваться на еще большую боль, желая чего-то от парня, которого я никогда не смогу получить.

Она кивает и протягивает руку, на мгновение кладя ее мне на предплечье. Это добрый жест. Одно из проявлений понимания, сопереживания.

— Я могу это понять. Я спросила только потому, что мне показалось, будто я уловила какую-то химию, хотя я определенно могла ошибиться на этот счет. Но я скажу вот что. Раньше я трахалась с Джексоном. Вот и все, что мы сделали. Просто секс. Ничего романтичного. И это не должно было ничего значить… пока не начало кое-что значить. И вот однажды я открыла глаза и поняла, что мы любим друг друга, и я понятия не имела, как это произошло. И теперь у нас есть все это, хотя год назад я бы расхохоталась до упаду при одной лишь мысли об этом. Иногда то, что якобы ничего не значит, на самом деле имеет очень даже большое значение.

— Может быть, — я ценю то, чем она поделилась со мной, поэтому не хочу слишком много спорить. Но какой бы ни была ее ситуация с Джексоном, это не моя ситуация с Грантом.

У нас с Грантом нет сексуальных отношений. У нас даже нет дружеского общения. Что бы у нас ни было, это, вероятно, только в моем воображении — результат одиночества, нужды, беспомощной отчаянной потребности в той человеческой близости, которой у меня больше нет.

Если бы он хотел того же от меня, он бы давным-давно попросил об этом.

— В любом случае, если ты хочешь это выяснить, может, тебе стоит просто подкатить к нему, — продолжает Фэйт более тихим голосом, поскольку мужчины уже направляются к крыльцу, где мы сидим. — Просто прыгни на него. Посмотри, что произойдет. Раньше я просто появлялась в комнате Джексона. Это неплохая стратегия, если ты не можешь добиться результата иными способами.

Я не могу удержаться от смеха, потому что она, очевидно, такой реакции и добивается.

— Я подумаю об этом. Спасибо за совет.