— Что?

— Иди сюда.

Я встаю и подхожу к кровати.

— Зачем? Тебе просто позарез нужно было немного покомандовать?

Он усмехается и протягивает левую руку.

— Нет. Иди и ляг со мной. Ты там слишком далеко.

— Но твоя больная нога…

— Моя больная нога полностью находится на совершенно противоположной стороне моего тела. Ты можешь лечь здесь и совсем не потревожишь рану.

Я немного нервничаю, ибо правда не хочу причинять ему боль, но мне также отчаянно нужно быть рядом с ним. Поэтому я забираюсь в кровать и устраиваюсь с левой стороны от Гранта. Он обнимает меня одной рукой и притягивает еще ближе, так что я вплотную льну к нему.

— Просто на случай, если идея командовать мной вызвала у тебя определенные чувства, — говорю я, прижимаясь к нему и вдыхая его знакомый теплый запах, — я сейчас не в настроении для секса.

Его тело сотрясается от беззвучного смеха.

— Я тоже, — Грант замолкает. Когда он снова заговаривает, его тон серьезнеет. — Я знаю, что между нами все не в порядке. Мы поссорились, и ты была так зла на меня, и нужно со многим разобраться. Но можем ли мы на некоторое время поставить все это на паузу? Мне нужно обнять тебя прямо сейчас.

Мое сердце трепещет от волнения при этих словах. Я прижимаюсь к нему.

— Да. Пока что все поставлено на паузу.

— Ты пахнешь чистотой, — бормочет он, уткнувшись носом в мои волосы.

— Я приняла душ.

— Ты запачкаешься от меня и будешь вонять.

— Меня это не волнует.

Не волнует. Ни в коем случае. Я трусь о каждую его частичку, к которой прикасаюсь, мне нужно почувствовать его тепло, его силу, его жизнь.

Несколько минут мы лежим рядом в тишине. Я глажу его плоский живот, а Грант гладит мои распущенные волосы.

Затем он тихо говорит:

— Я не могу поверить, что ты вот так сразу выбежала под обстрел, — в его голосе нет ни злости, ни неодобрения, ни раздражения. Его голос звучит почти ласково.

— Ну, если ты не хотел, чтобы я это делала, тогда нечего было ловить пулю.

— Тебе следовало оставаться в укрытии.

— Тогда ты бы погиб, а я не собиралась этого допускать. Я спасла тебе жизнь, — мой разум едва может вернуться к перестрелке. Будет проще, если я просто выкину ее из головы.

— Я знаю. Ты дважды спасла мне жизнь, — он запечатлевает поцелуй на моих волосах. Я не могу этого видеть, но чувствую.

— Потому что тебе непременно надо делать все самые опасные вещи. Кто-то же должен прикрывать твою спину.

Я жду, ожидая обычных возражений о том, что мне нужно держаться подальше от опасности, о том, что его работа — защищать меня. Но этого не случается. Вместо этого Грант бормочет таким тихим голосом, что я едва его слышу:

— Спасибо.

Я поднимаю голову, чтобы видеть выражение его лица.

— Никаких лекций?

— Никаких лекций, — он испускает долгий, густой выдох. — Ты была потрясающей. Все это время ты была потрясающей. Я чувствую себя довольно глупо из-за того, что пытаюсь остановить тебя.

Я думала, что от этих слов мне станет легче. Я думала, что именно это я хотела услышать. Но по какой-то причине эти слова заставляют мое сердце болеть, а горло сжиматься. Я прячу лицо у него на груди и бормочу:

— У меня получилось не так уж хорошо.

— Нет, ты молодец.

Я колеблюсь, потому что не хочу признаваться в этом после того, как сама настояла на том, чтобы быть частью нападающей группы. Но мне нужно поделиться этим с кем-то, и Грант — именно тот человек для меня.

— Я была… Я была в ужасе. Все это время. Я будто застыла в ужасе. Мне каким-то образом удавалось пошевелиться, но я делала это в каком-то странном оцепенении — как будто на самом деле это делала не я. Я не знаю, как мне удалось хоть что-то сделать. Я промахивалась больше раз, чем попадала. Я… справилась не лучшим образом.

Грант запускает пальцы в мои волосы и гладит кожу моей головы.

— Именно так все чувствуют себя в такой ситуации. И это не имеет никакого отношения к тому, насколько хорошо ты справилась.

Теперь я начинаю дрожать. Я думала, что я в порядке. Спокойна. В приличном эмоциональном состоянии. Но теперь все, что я сдерживала, вырывается наружу.

— Я не хотела… не хотела никого убивать. Я не могу поверить, что я это сделала. Мне пришлось полностью отключиться, чтобы сделать это.