— Что там делал пятый?

— Следил за расфасовкой товара и передачи его дилерам.

— Точно… это же сегодня. Сука. И кто это сделал?

— К сожалению, неизвестно. Но не думаю, что это клан Кхерк. Скорее всего…

— Кто-то воспользовался нашей с ними заварушкой и в тихую спиздил весь товар со склада, — договорила очевидная она. — И вполне вероятно, этот «кто-то» действовал вместе с кланом Кхерк… Товар ведь успели пометить?

— Только часть. Однако…

— Плевать. Даже если будут пытаться перед продажей стереть следы, всё равно найдётся какой-нибудь долбаёб, что решит побыстрому заработать деньжат, слив небольшую часть. Сами проёбывались уже на этом, так что плавали, знаем. И вот этот долбаёб, в свою очередь, и будет почти наверняка принадлежать к клану, что спиздил наш товар.

— Даже если так… мы в любом случае не потянем войну на два фронта — нам сейчас-то уже туго приходиться.

— Но ты и сам прекрасно знаешь, что оставлять это так нельзя, — проговорила она, вновь отпив виски.

— Не ответим на это — и все остальные кланы примут это за слабость…

— Ага. И тогда у нас будет уже не два врага, а один враг и чёртов десяток падальщиков, каждый из которых так и будет норовить оторвать от нас кусочек побольше. Вот в этом случае нам уже точно придёт пиздец.

— Тогда будем пытаться выйти на наш товар, претворяясь покупателями?

— А есть идея лучше?

— Нет, — помахал он головой из стороны в сторону.

— Тогда отдавай приказ. И не сегодня, а хотя бы дня через четыре. И знать об этом должна только проверенная группа, которая и будет работать покупателями.

— Естественно, — кивнул он.

— С этим решили. Значит остаётся ещё… найти предателя.

— Предателя? — удивился мужчина.

— А ты думаешь, это такое совпадение, что напали в день фасовки? Именно в тот ёбанный день, когда на складе больше всего товара и меньше всего защиты. По-моему, это слишком уж хуёвое для нас совпадение для простой неудачи.

— Тем не менее это пока что единичный случай.

— И от этого надо расслабить булки и ждать, пока тебе меж них присунут? — задала она явно риторический вопрос, полностью опустошив стакан в два глотка. — Нужно действовать сейчас — пока потери не стали ещё больше. Уж точно не в нашем положении сейчас закрывать глаза на потерю такого количества потенциальных денег.

— Понял.

— Хорошо, — столь же холодно произнесла она, задумчиво посматривая в опустевший стакан с каплями виски внутри. — Что там с полицией?

— Пока что всё тихо. Шума во время сражения толком и не было.

— «Шума толком не было»? — процитировала она его, медленно подняв взгляд и посмотрев ему в глаза. — На кой-хуй запариваешься и стараешься подбирать эти эвфемизмы? Очевидно же, что их забили в темноте, как животных на забое, и они даже пискнуть не успели. Только парочка-другая из них, наверное, толком и успела что-то понять, и сделать прежде, чем их убили.

Мужчина замялся, не зная, что сказать, смотря, как девушка, сидящая за столом на против него, вновь опустила взгляд на стакан, что отрешённо покручивала в руке. Многие слова ему в этот момент приходили на ум, но все они казались ему неуместными, а молчание меж ними тем временем всё продолжалось. И наконец, не выдержав этого буквально удушающего молчания, он всё же решился и спросил:

— Может, мне всё же стоит вмешат…

— Нет, — оборвала она его на полуслове, прекрасно понимая, к чему он клонит. — Мы это уже тысячу раз обсуждали. Влезешь в это дерьмо ты с девочками — и противники так же раскроют свои карты. И, может, мы и выиграем войну с этим кланом, но при этом останемся без единого козыря против других кланов. К тому же, никто из нас вообще не выиграет войну, если на стороне Кхерка есть хотя бы седьмой этаж и ты с ним схлестнёшься прямо в городе. Мало того, что пока вы будете сражаться, прибудет особый отряд подавления, который либо захватит вас, либо вообще перебьёт прямо на месте, так ещё и по всему городу вновь на протяжении нескольких месяцев после этого во всю будет гонять полиция с сотнями патрулей. Так ещё и наша крыша хрен знает, чо сделает с нами после такого. В лучшем случае — просто поднимет платёж в раза три, что уже мы еле-как потянем, а в худшем… вообще сольёт нас с концами. Так что нет. Ты и девочки — самый крайний случай. Тем более, лучше уж пускай весь клан пойдёт ко дну, чем кто-то из вас пострадает… — и только в этих её словах, их всех прочих, почувствовались нотки тепла, доброты и заботы. — Ладно, всё, свободен, — отмахнулась она рукой. И когда мужчина, поклонившись, уже собирался уходить, она договорила: — И даже не думай, устраивать что-то за моей спиной. Прошу.

Стоило мне покинуть небоскрёб, как в глаза тут же бросились две одинаковых матово-чёрных машины, что припаркованы недалеко от входа и коих ранее там точно не было.

А ведь Виолетта отдала им приказ всего десяток минут назад, когда мы только вышли из душа, а они уже тут. Хотя она ведь говорила о том, что будет четыре машины, а раз их всего две, то выходит… две ещё не подъехали? Или дело в чём-то другом? Скажем, может быть, половина из них решила поехать, проверить для начала мой дом? Или, вероятно, вообще произошли какие-то изменения? Ладно, нет смысла гадать — это всё равно ничего не даст.

И с этими мыслями я прошёл к такси, что поехало сразу же, как только я, сев внутрь, закрыл за собой дверь. И едва мы проехали несколько метров, как обе машины, резко заведясь и ярко включил фары, поехали следом, быстро маневрируя между другими машинами и нагоняя нас. Когда же они почти догнали нас, одна машина резко стала снижать скорость, а вторая — сначала наоборот — набрала скорость, из-за чего впоследствии быстро обогнала нас, но потом, чуть позже, — так же стремительно сбавила набранную, огромную для города скорость, тем самым впоследствии став выдерживать меж нашими машинами почти такое же расстояние, как выдерживала и первая машина, следующая за нами позади.