Длительные раздумья ни к чему не привели – Феликс так и не смог прийти к какому-либо однозначному мнению о Старовой и решил отправиться к ней лично. Для нормального, как он надеялся, спокойного разговора, в котором будут расставлены все точки над i. Позвонил, спросил, смогут ли они встретиться, услышал: «Буду очень рада», договорился о времени и приехал в медицинский центр точно в тот момент, когда из кабинета Старовой выходил пациент. Затем у неё было часовое окно, которое она и согласилась потратить на разговор с Вербиным.

– Можно?

– Конечно, Феликс, я ведь вас ждала. – Ольга закрыла ноутбук и поднялась навстречу полицейскому. – Добрый день.

– Добрый день. – Он пожал протянутую руку.

– Я сама собиралась звонить сегодня. Вы немного меня опередили.

– Вот как?

– У меня появились первые результаты.

– Интересно. – Они расположились в креслах напротив друг друга. – Вы имеете в виду, что у кого-то из ваших коллег был пациент с таким же, как у Виктории, расстройством?

– Не просто с подобным расстройством – пациент умер в точности так, как являлось ему в видениях.

Вербин вздрогнул. От Старовой это не укрылось, однако реакция полицейского вызвала у неё не настороженность, а удивление:

– Что-то не так?

– Несколько… неожиданно. – Вербин быстро взял себя в руки. – След появился слишком быстро. Я к такому не привык.

Стремительно найденное объяснение удовлетворило Ольгу. Она кивнула и спокойно продолжила:

– Возможно, мне повезло. – И уточнила: – Рассказать?

– Буду благодарен.

– То есть вы больше на меня не обижаетесь?

– Это была не обида, – очень тихо ответил Вербин. – Я испугался за вас.

– Мне очень приятна ваша забота, Феликс, поверьте. Однако я не сделала ничего, что могло разозлить преступника.

– Когда мы говорим о серийном убийце, то должны понимать, что ход его мыслей отличается от, скажем так, общепринятых, а реакции – от нормальных. «Серийник» предсказуем только в желании убивать, и невозможно предположить, что ему придёт в голову. Кровосос убил девочку-блогера только за то, что ему не понравился выложенный ею материал. В нём не было ничего оскорбительного лично для него, но Кровосос убил, понимаете? Убил.

– После публикации «Девочка с куклами» подобные расстройства привлекли внимание сообщества, – повторила свой аргумент Старова. – В проявленном мною интересе нет ничего странного. И, забегая вперёд, скажу: я откажусь от охраны.

– Это будет зависеть не от вас, Ольга, – твёрдо произнёс Вербин. – Если мы примем решение защищать вас, мы просто уведомим о нём.

– Чтобы по шапке не настучали?

– Чтобы не жить с пониманием того, что из-за нас погиб человек. Поверьте, это намного хуже, чем получить по шапке.

Теперь вздрогнула Старова. Помолчала, обдумывая слова Феликса, затем вздохнула:

– Извините.

– Вы затеяли опасную игру, Ольга. – Вербин вернулся к прежнему, спокойному тону. – И мы обязаны предусмотреть любые возможные последствия.

– Любые?

– Абсолютно.

– Что же мне делать? – Кажется, она действительно растерялась.

– Для начала прислушаться к советам, которые моё руководство в настоящий момент разрабатывает.

– Хорошо, я прислушаюсь, – пообещала Старова.

– Спасибо. – Вербин выдержал короткую паузу. – А теперь я с удовольствием послушаю, что вам удалось узнать.

И раскрыл записную книжку.

– Мне написал коллега из Твери. Точнее, сейчас он из Твери, а до недавнего времени жил и работал в Ярославле. Он рассказал, что примерно год назад к нему обратился мужчина, которому снилось, как он тонет, запутавшись в рыболовецких сетях. Симптомы в точности походили на симптомы Виктории: усиливающиеся кошмары, приводящие к депрессии. Лечение давало результат, но медленный, за три месяца работы коллеге не удалось полностью избавить пациента от проблемы, и тот – так полагает коллега – решил попробовать альтернативный способ лечения.

– Отправился купаться туда, где были расставлены сети?

– Да.

– Запутался и утонул?

– Вы уже слышали об этой истории? – поинтересовалась Старова.

– Нет, догадался. – Вербин помолчал. – Вряд ли он решился бы на такое в одиночку.

– Коллега тоже так думает.

– Вашего коллегу обвинили, – понял Феликс.

– Увы, да, – подтвердила Ольга. – К счастью, на день смерти у него оказалось несокрушимое алиби, но удар по репутации получился настолько сильным, что ему пришлось переехать в другой город.