И глубоко, облегченно вздыхаю, вываливаясь наконец-то в это серебристо-черное затишье… Да, все вокруг серебрится. И светила на мрачном небе. И узкие каменные домики с островерхими крышами и большими овальными окнами. Ажурные башенки, причудливые скалы… Даже листва — или лепестки? — редких деревьев, похожих на огромные соцветья. Даже песок под ногами вместо привычной земли… как будто те светила, большие и малые (их называют лунами, у нас такого нет), долго и щедро швыряли зачем-то вниз свою пыль.

Подобной странной красоты в Семицветье не встретишь. Мать рассказывала, что еще дальше, за городом — искристые озера, высокие леса из лунных цветов, звездные луга… Попадаются прекрасные животные — единороги, белые тигры… Но здесь очень печально. Может быть, с этим миром когда-то случилось что-то плохое? Почему-то именно сюда нередко попадают неприкаянные духи. Еще живут здесь тени — странные существа без тела, без души, все время жаждущие в кого-то воплотиться. Ночь тут постоянная, но пять светил освещают ее по-разному, делая то светлей, то темнее. Как не похожа здешняя ночь на нашу! Свет озаряет нас с неба безо всяких солнц и лун, а к ночи просто тускнеет, так что у нас сумерки, а не тьма.

В общем, единственное, что мне здесь привычно, так это дома в скалах, пещеры, в которых живут различные существа. Например, оборотни. Одного из них мне просто необходимо сейчас повидать. Да, это мой отец, черный лис по имени Тарис. Хотя обычно прихожу я сюда не к нему. Но сегодня…

Этот серебристый молчаливый город раскинулся у подножья скал. В одной из них Тарис и живет. Здесь темно… непривычно и неприятно темно. Как вообще можно так существовать? И что тут позабыла когда-то моя мать, что принесло ее сюда? Впрочем, я увидел свет из-за этой ее прихоти, так что лучше помолчу.

Отец ждал меня у входа в пещеру. Он был в человеческой форме, стройный, невысокий, грива черных волос за спиной…

— Вот и ты, Раэль, — сказал Тарис.

— Да. Здравствуй. Как будто ты меня и ждал?

— Кого же еще?

— Ты ясновидящий?

— Звезды сказали мне, что ты придешь, своенравный лисенок.

Наверное, я на него очень мрачно посмотрел, так что он хитро улыбнулся. Даже подумать смешно, что он мог бы меня опасаться. А следовало! У меня за поясом — редчайший лунный клинок, способный поразить оборотня. Как вспомню, как гонялся за этим сокровищам…

— Хочешь подраться? — сказал отец (и ничего-то от него не скроешь!) — Попробуй.

— Желания особого нет, — ответил я. — А вот причина есть. Но не убивать же я тебя собрался, старик. Так, чуть-чуть… обокрасть.

И я первым напал на него.

Скажу безо всякой скромности, я — лучший воин Семицветья. Потому что у нас там все мирно, светло, радостно и радужно, а если драки — так только на кулачках. А я умею обращаться с оружием. Ну хорошо, не я один, конечно, на всем-то гигантском острове. Но я путешествовал по мирам и научился таким приемчикам…

Не помогло.

Старый лис… он был сильнее и ловчее, уходил от ударов как заговоренный, а когда перешел в атаку — у него был короткий меч — мой драгоценный кинжал словно сам собой вывернулся из руки и отлетел в сторону. Как? Как он это сделал, кто мне расскажет? Отец тоже небрежно отбросил свое оружие. Вот так, значит? Что ж… я все равно моложе и проворней, и в безоружном бою…

Не тут-то было.

От злости я обернулся лисом и успел-таки куснуть его за ногу. И получил ответный укус — в бок — весьма чувствительный.

— Может, успокоишься наконец? — отец вновь превратился в человека. Я последовал его примеру. Бок словно обожгло — в человеческой форме боль почему-то сильнее. Тарис подобрал лунный кинжал и осторожно приложил его к моей ране — конечно же, ради какого-то колдовства. Я не стал ему перечить. Странное заклинание прозвучало из его уст, а затем лезвие покраснело, а рана мгновенно затянулась.

— Возьми, — отец вернул мне изменившийся кинжал. — Теперь в нем твоя кровь, и это, может быть, пригодится. Так зачем пожаловал?

— Все-то тебе расскажи… — Он все-таки сумел вывести меня из себя, продемонстрировав, какой я по сравнению с ним мальчишка. — Я хотел забрать твою силу. Тебе она все равно уже ни к чему, отшельник-домосед. И если ты сам не сумел ничего толкового предложить своему единственному сыну…

— Я тебе подарил тебя самого, раз уж на то пошло, — усмехнулся оборотень. — Но чего же ты хочешь? Расколдовать твою девчонку я не могу.

— Ты и это знаешь…

— Вот уж что узнать немудрено. Даже гадать не надо. Для чего это мой сынок таскается сюда при каждом пятилунии, вопросец, правда?