– Ты будешь моим другом, пока не кончишься.
– С улыбкой ответил подросток.

– В каком смысле "не кончусь"?
– спросила девочка.

– В самом прямом, я буду постепенно разбирать тебя на ингредиенты. И "варить" разные классные препараты. Правда здорово!?

– Ты бы понравился дяде Джеку.
– заметила она.

Я расплылся в счастливой улыбке. Развернувшись, кинулся к металлическому столу, накрытому чёрной полиэтиленовой клеёнкой. Сдернул со стола полиэтилен, открыв взгляду Райли голову Джека. На его лице застыло выражения какого-то испуганного удивления.

Присел на корточки рядом со столом. Прижался щекой к щеке отрезанной головы. Схватил Остряка за нижнюю губу.

– Дядя Джек, это правда? Я бы тебе понравился?
– Взволнованным голосом спросил я у головы Джека.

– Конечно, Алекс! Я уверен - мы бы стали лучшими друзьями.
– Запищал я тонким голосом, дергая губу Джека вверх-вниз.

Глаза Ампутации в ужасе расширились.

– Дядя Джек!
– Испуганно прошептала она.

– Да.
– С гордостью сказал я.

– Он у меня, весь. По колбочкам разлит. Захочешь повидаться - ты только скажи, я его принесу.

Примечание к части

Бечено, Анарх13.

Ясно понимаю, что в битве с Бегемотом нас двоих с Диной будет маловато. К тому же - по плану, Дина будет в другом мире, откуда по моему сигналу откроет Чёрную Дыру.

Но непосредственно в самом столкновении мне нужны верные люди. Один для управления пушечной спаркой, второй - для пространственной установки, будет двигать меня по полю боя. Где взять преданных людей? Вопрос из вопросов. Но это должны быть максимально замотивированные люди, готовые умереть в любой момент. Как показала практика - бои с Губителями непредсказуемы и такая неприятность может произойти в любой момент. Первыми на ум пришли японцы, это в их стиле - преданность и бесстрашие. Но вспомнив что времена самураев прошли безвозвратно, отказался от этой мысли. Хотя уж кому-кому, а им есть за что мстить Губителям. Но есть ещё кое-кто, кто пострадал от Бегемота больше всех. Русские - они потеряли не просто город, они потеряли столицу. А это, как ни крути, серьёзный удар по целой нации. А так как я и сам русский, то и шанс на месть предоставляется в первую очередь соотечественникам.

Так что, думаю, желающих поквитаться будет хоть отбавляй.

С этими мыслями направляюсь в русский квартал. Здесь у меня назначена встреча с одним товарищем, который знает всё обо всех проживающих в русском квартале. Товарища мне порекомендовали другие товарищи, но уже из так называемой "русской мафии". Хотя сами себя они предпочитали называть "честные бизнесмены со своеобразной точкой зрения на закон".

Готовясь к встрече, я решил остаться в облике Нестерова. Но использовал старый добрый грим: накладная бородка, очки без диоптрий. И вот - Бешеный Пёс приобрел черты истинного интеллигента.

Рандеву назначено в третьесортном ресторанчике русской кухни, с оригинальным названием "Русская кухня". Нужный человек был уже здесь, сидел за угловым столом. Кроме пепельницы, полной окурков, на столе ничего не было. Выглядел рекомендованный индивид, несколько неуместно в капиталистической америке. Седые редкие волосы, худое костистое лицо, с кожей землистого цвета. Сизый нос в красных прожилках, выдавал любителя заложить за воротник.

В ряду желтых прокуренных зубов, сжимавших кривую беломорину, тускло отливал металлом железный зуб.

Мешки под опухшими глазами и недельная небритость, ярко иллюстрировали что данный гражданин испытывает некоторые жизненные трудности.

А старые выцветшие татуировки на кистях и пальцах, показывали что кое-какие "университеты" гражданин закончил. Грязная, мятая рубашка, расстёгнутая на груди, открывала ещё один нечеткий "партак" с куполами. Быстро оценив кадра, сажусь к нему за стол.

– Полагаю, Николай Александрович?
– Спрашиваю старика на русском, хорошо поставленным голосом профессионального лектора. С заметным ирландским акцентом.

– А ты тот самый писака?! Что будет про русских писать.

Хриплый, дребезжащий голос, был под стать хозяину.

– Что вы, не только о русских! Я планирую цикл статей, о разных людях, что так или иначе пострадали от действий Губителей.

– Ладно, Достоевский, закажи мне что-нибудь выпить и пожрать.

Заказываю сто грамм водки и порцию пельменей. Терпеливо жду, когда Николай Александрович насытится.

– Слышь, бля, ещё водки закажи и закусить чё-нить!

– Николай Александрович, сначала вы мне расскажете о нужных людях. И только потом я куплю вам водки.

– Ты чё, козлина! Условия мне будешь ставить? Ты ваще знаешь с кем базаришь? Я в законе! Да я на зоне...

Похоже, что дед с одного стакана совсем края потерял. Снимаю очки, складываю дужки, аккуратно кладу на стол.

Быстрым движением зажимаю его верхнюю губу пальцами, подтягиваю его голову к себе. Шиплю сквозь зубы:

– Хавальник закрой, сявка парашная! Ты ж на зоне за мохнатые сейфы, красной сукой чалился. Теперь на воле басивалой хиляешь! За такой базар висеть тебе на пике, крыса помойная!