Мы разошлись, и я вернулся на базу. В Город Начала.

— Сэм, друг мой, скажи мне, как идут дела с постройкой нашей первой пивоварни? — я посмотрел на друга, и он сразу же заявил, что любой скопированный напиток будет подделкой, а единственный способ сварить хорошее пиво — сделать его своими руками. Причём пивоварня должна быть построена этими самыми руками. Исключения только для некоторого оборудования, чертежи которого я взял на Земле.

Вообще, я был с ним согласен. Идеальное пиво всегда получается разным. Варка — процесс далеко не быстрый. Отличия всегда будут. Да и самого пива будет немного, а каждая новая партия выйдет отличной от предыдущей, даже если варить его по одним и тем же рецептам и технологиям. Вот этот азарт от ожидания испития вкуснейшего пенного напитка, он и делает по-настоящему хорошее пиво — вкусным. Оно может получиться горьким, сладким, плотным, фильтрованным и нефильтрованным, светлым и тёмным — вариаций уйма. Впрочем, не эти вариации делают пенное идеальным. И не они влияют на вкус. Ощущения вливающегося и освежающего, но специфического по вкусу жидкого золота — вот, что делает его таким. Сама культура пития создаёт это понимание «вкусности» готового продукта. Такая вот истина, поведанная мне знаменитым шеф-поваром, что вместе с другими моими соратниками стал новым богом.

— Завтра начнём ставить второй этаж. С электрикой я, правда, не понял, как мы поступим, поэтому на всякий случай попросил сделать отверстия для кабеля.

— Тут нет электричества. В классическом понимании. И я вот что решил… Надо бы пригласить специалиста по рунам и артефакторике, чтобы он помог всё это дело запитать и сделать постоянно работающим.

— Тоже один из твоих клонов?

— Да, Второй долго сопротивлялся, но всё же освоил это искусство и стал нашим оружейником и артефактором, — слегка улыбнулся я, наблюдая за тем, как тащат дорогущий и редкий деревянный брус из древа Сакортры, которому не страшно ни пламя пожара, ни наводнение, ни магические атаки.

Причем тащат не абы кто, а Колобок и жучара. Наставник Айрум, как и Сокол, присоединились ко мне в качестве возвысившихся богов неделю назад. С их приходом жизнь как-то заиграла новыми красками.

Через мгновение подошла Улия, что внимательно посмотрела мне на грудь, выискивая небольшой амулет с зелёным камнем. Я покачал головой и вытащил тот, что был у меня — с красным рубином. Так мы решили показывать остальным, кто есть кто из «нумерованных». Я был первым, и я был вместе с Аэлиной. Улия же была с Третьим и надеялась, что он уже вернулся из странствий.

Вообще, все мы поделились между нашими избранницами. Четвёртый укрощал строптивую Селесту. Второй был с Анной. Пятый сошёлся с Иллизой… Даже наша Ихманай обрела своё женское счастье. Каждому нашлась спутница жизни, с которой легко и просто отвлечься от тягот и забот, а также миллиона мыслей, что так и лезут в наши головы…

Улия посмотрела мне за спину, и я ощутил прибытие брата. Вновь с взглядом, полным надежд, девушка уставилась на ещё одного «брата», но тот сходу достал свой светло-жёлтый камень и приблизился.

— Надо поговорить. Срочно.

Его взгляд взгляд беспокойно бегал туда-сюда. Это было непривычно для одного из сильнейших существ в этом мире…

«Что такое?» — мысленно обратился я к нему, и он коротко сообщил мне, что нужно такое место, где никто — вообще никто! — не сможет услышать наш разговор и наши мысли.

Я кивнул, и мы в один миг переместились к пустыне. Живых существ рядом не наблюдалось. Не было и сканеров, эмпатов, псиоников или же других богов, способных считывать чужие мысли.

— Ну что там? — спросил я у него, и Десятый покачал головой, показывая пальцем вверх.

«Настолько секретный наш разговор? Ого!» — удивился я и активировал Единение.

В этот раз «соединились» с миром лишь мы двое. Другие занимались своими делами, да и долго находиться в единении никто из нас, честно говоря, не любил. Оно затягивало, как болото — чем больше в нём сидишь, тем сложнее понять ход времени. Бывали случаи, когда оно не замирало, а наоборот, ускорялось в разы, если погружение в собственные мысли и медитация одного из нас оказывались слишком глубокими.

А ведь наш мир такой… Если ты потерял время — ты потерял и самого себя. И твоё завтра больше не будет таким же, как сейчас. Терять — слишком дорогое удовольствие.

— Что происходит, брат? Что за срочность?

— Мне в голову пришла мысль. Опасная мысль. И я боюсь того, что если Четвёртый и Система о ней узнают, наша жизнь может слишком сильно измениться. В худшую сторону.

— Забавно… У меня схожая ситуация.

— Я знаю. Именно поэтому я к тебе и пришёл. Четвёртый рассказал мне, что ты что-то скрываешь. Какие-то свои мысли. Просил быть внимательным и по возможности узнать, о чём именно ты так сильно переживаешь, что не даёшь ему доступа к собственным знаниям. И сейчас я сам оказался таким… Я хочу передать эту мысль тебе. И стереть себе память. Вернее, ты мне её сотрёшь. Сделаешь так, чтобы никто не заметил. Вырежешь несколько эпизодов… Хорошо?

— Мы играем в какую-то опасную игру, где нет точных правил… Это всё добром не кончится.

— Мы все всегда знали, чем всё заканчивается. Ничто не вечно во Вселенной! Даже Пожиратели! И Лид доказал это, уничтожив одного из них на твоих глазах.

— Ладно, уговорил. Что там за мысль?

— Я занимаюсь душами и подготовкой к клонированию и воссозданию нас, Собратьев, из поглощённых душ через тюрьму. Это медленный процесс, ведь души врагов наших и преступников должны лишиться телесной божественной оболочки. Но это не мешает мне ставить эксперименты и изучать труды других философов и экспертов этой области. Так вот, я кое-что выяснил, проверил и понял, что прав… Речь идёт о Старом Бесе… Система соврала нам. Сто процентов. Ты вообще знал, что она умеет врать и манипулировать богами ради своих целей?