— Именно. Можем даже школьные учебники с собой взять. И книжки по подготовке к экзаменам.

— Тогда это получается обучение сразу в двух школах. Без аттестата из нашей ведь тоже не выпустят. Выполнять задания на два фронта? Да мы так все вечера будем просиживать за учебниками. Же-есть, — с ужасом протягивает Яна.

Мне не удается сдержать смех, вызванный ее словами.

— То учебы мало… то ее много… Вы уж определитесь.

— Проблема не только в учебе. Родители, — Кира откидывается на спинку скамейки, скрестив руки на груди. — Уехать из дома на целый год… У меня есть еще младший брат. За ним слежу я, пока мама на работе. Уехать и оставить его без присмотра я не могу. Тогда мама не сможет нормально работать, начнет переживать за него, и возникнут проблемы. Да и он сам себя вряд ли сможет накормить. У нас газовая плита, это опасно. Он шестиклассник все-таки.

— В двенадцать лет ты уже сама готовила, я помню, — подкалывает Сандра. Раньше после уроков они постоянно засиживались друг у друга, пока не приходили родители. — А сейчас у вас есть микроволновка. Ему останется только разогреть. И до школы провожать его не надо — не маленький, да и тут близко.

— Я никак не могу понять, — после небольшой паузы начинаю я. — Вы сами хотите эту поездку или ищите предлоги, чтобы никуда не ехать? Потому что я вижу нас в этой поездке. У нас шанс попасть туда больше, чем у других. И единственное, из-за чего я переживаю — чтобы смогли попасть все. Если попадут только некоторые — это уже не будет так интересно.

— Это скучно, — хмыкает Катя. — И не комильфо.

— Да! Это — бросить кого-то в одиночестве — здесь или в США. Я бы не хотела остаться одной без кого-то из вас. Да, это отличная возможность, настоящая авантюра, но она не будет такой интересной, если мы все не попробуем.

— Может, сделать это условием участия с нашей стороны? — предлагает Катя. — Вроде как родители отпустят нас только в таком составе.

— Рискованно, тогда они могут отказать сразу всем, — качает головой Кира.

— Но мы же этого и хотим? Или все, или никто? — вскидывает брови Катя в недоумении.

— Да, но тогда они могут сразу нас вычеркнуть только из-за того, что мы ставим такое условие, — разъясняет Кира, носком ноги вычерчивая на земле какие-то символы.

— Мы сможем и без всяких условий, если захотим, — встреваю я. — Мест от четырех до шести. Нас пять. Пять девушек, которые знают английский.

— А если они захотят, чтобы участвовали парни? — замечает Яна.

— Это единственное, из-за чего я переживаю, — делюсь я. — Но чисто теоретически они не смогут в таком случае заселить нас в одном месте без контроля куратора, а он то ли сможет за нами следить, то ли нет. Замечаете, как наши шансы растут?

— Блин, а было бы неплохо, чтобы шестым к нам присоединился какой-нибудь мальчик, — мечтательно вздыхает Яна.

— Ага, какой-нибудь Андрей, — хихикает Кира. Яна вмиг округляет глаза, однако первой выпаливает Катя:

— Ни за что!

— У нас на параллели красивых мальчиков нет, — отмечает Сандра, вставая рядом со мной.

— Ну, тогда и не надо. Там красавчиков можно найти, — предлагает вариант Яна.

— Ну нет. Мы туда едем учиться и узнавать новую страну, — возмущаюсь я, скрестив руки на груди.

— Одно другому не мешает, — безапелляционно заявляет Яна, показав мне язык.

— Это если мы туда еще поедем.

Слова Кати возвращают нас с небес на землю.

— Вы сами хотите? — повторяю я, оглядывая каждую из подруг.

— Все зависит от родителей, — без тени улыбки отвечает Катя, откидываясь на спинку скамейки.

— Я более чем уверена, что родители будут гордиться нами. Не знаю, как ваши, а мои точно будут говорить всем знакомым, что у меня получилось. Я не хочу делить шкуру еще неубитого медведя, но так было, когда я смогла попасть на курсы в Германию. Наши достижения — и их достижения тоже. Плюс это другой климат. Там тепло зимой — что «плюс» для родителей, не заболеем. Главное, чтобы у нас самих хватило мотивации убедить их. Если они увидят, что мы хотим хотя бы попробовать. Что это не навредит, а только поможет нашему будущему…

— Легко сказать… — хмурится Катя, и у меня начинают опускаться руки.

— Это новые места. Ян, — поворачиваюсь я к подруге. — В Голливуд и на Бродвей легче попасть, когда тебя не отделяет от них океан, — достаю я один из козырей, и глаза подруги загораются еще ярче. — Единственное, из-за чего я переживала — это деньги, потому что это действительно дорогое удовольствие, жить год в другой стране. Но если будет такая стипендия, как здесь написано, переживать нечего. Нас пятеро, этого более чем достаточно, чтобы жить всем, не требуя денег у родителей.

— Это все выглядит слишком сказочно, — задумчиво проговаривает Сандра, листая страницы программы.

— Это не сказка. Это реальность. И то, что здесь предлагается, в целом разумно. Нам ведь не предлагают миллионы. К тому же это действительно будет трудно. Уверена, если мы окажемся там, нам придется постоянно контролировать себя, постоянно быть напряженными, постоянно говорить на английском. На 200% мы не можем быть уверены, что будем понимать каждое слово, но что-то все-таки будем. Если бы я была одна, я бы тоже рискнула, хотя было бы очень страшно. И родители, скорее всего, сильно переживали бы. Но нас пятеро. Мы не будем одни, для них это тоже гарант спокойствия.