Хочется сказать что-то в ответ, но я держу язык за зубами, потому что Фрэнк чётко разделяет рабочие отношения и личные. Да, за небольшой промежуток времени, он успел стать мне кем-то вроде друга. Я не люблю называть таковым каждого, но именно он приходил на помощь и был рядом в ту субботу, когда я решилась провести время с друзьями, а не придумывать отговорки.

– Так ты идёшь? – с улыбкой и блеском в серых глазах, обращается ко мне парень.

– Благодаря тебе, я вылила стаканчик горячего кофе на одежду. Ещё ошпарилась и ушибла запястье, но, несмотря на это, была дружелюбной, а спасибо так и не услышала.

– Спасибо, – смеётся он, – отблагодарю тебя новым стаканчиком и одеждой сегодня, а если быть точным – прямо сейчас.

– Мисс Блинд, я зайду к Вам в ближайшее время, – уведомляет меня мистер Ли, когда я делаю шаг из лифта, в котором продолжала стоять.

– Хорошо, – киваю я, получив короткую улыбку, которая сказала о многом, после обращаю взгляд к парню.

Двери лифта закрываются, оставляя нас одних в тишине офисных стен. Это действительно странно, что мимо в спешке не пробегают сотрудники и не галдят на весь коридор. Около восьми утра, тут пусто, словно сегодня первый выходной, а мы те, кто не завершил работу и пришёл, чтобы её доделать.

– Мартин, – представляется парень, протянув мне руку.

– Алекс, – говорю я, вкладывая свою ладонь в его.

– Милый топ, залитый кофе, Алекс.

– Клёвые кроссовки, подстать известному издательству, Мартин.

– А ты не любишь оставаться в долгу, – смеётся он.

– Тут ты прав.

– Я должен исправить свою ошибку и загладить вину. Идём.

Он не отпускает мою ладонь, продолжая держать её в своей, из-за чего становится неловко. Я вновь возвращаюсь в прошлое и те времена, когда мою руку мог взять только Том. Только с его пальцами я переплетала свои и получала наслаждение, приливы счастья и гордости. Всё в прошлом, но моя память не считает это поводом для того, чтобы забыть. Наоборот, при каждом удобном случае, она проводит параллели с настоящим.

Открыв дверь через несколько других, Мартин с азартом усаживает меня на кресло, и пока я гуляю взглядом по кабинету, он успевает нажать на кофемашине кнопку запуска, начав перебирать груду одежды, висевшую на напольной вешалке. Положив ладонь на серебристые подлокотники, я посмотрела на идеально прибранный стол, где каждая папка стояла к папке, а карандаш к карандашу, словно это рабочее место самого настоящего педанта. На моём жизненном пути есть один перфекционист с именем Лизи, но у неё всегда одно из двух: порядок или хаос, другого не дано. Думаю, если сейчас заглянуть в ящик, то там всё лежит ровно по размеру, что даже забавно, ведь Мартин не похож на человека, страдающего подобной чертой идеальности. Хотя, я о чём я говорю? В офисе никого нет, кроме нас, либо кто-то ещё может тонуть в бумагах ещё с пятницы. Время перевалилось за восемь, а я так и не вижу спешки за стеклянными дверями, которые должны открывать сыр-бор в это время.

– Где все?

– В плане? – не оборачиваясь, спрашивает Мартин.

– Когда я была тут в последний раз, тот каждый носился как курица без головы.

– Скорей всего ты попала под конец недели, – посмеивается он, – ближе к выпуску всегда так. У нас нет нормативного режима, Алекс.

– Что? – в недоумении переспрашиваю я.

– Он есть только у новичков. Все остальные работают по своему времени. У мистера Ли интересная политика. Его не волнует, сколько ты сидишь на рабочем месте и вообще бываешь ли в офисе, для него важно то, что ты сдаёшь. Мы все люди творчества, и нам требуется подкрепляться вдохновением.

– Зачем тогда ты тут?

– Потому что я – швейцар, мне нужна точность, и я могу делать всё тут. Для меня так даже удобнее.

– И мистер Ли не думает, что его сотрудники сейчас могут нажиться в постели?

– Понимает, он ведь не глуп, но это его интересует в последнюю очередь. Главное – работа, которая ложится к нему на стол вовремя.

Протянув мне брюки, похожие на мои собственные и топ, Мартин рассматривает мою одежду и улыбается, словно подобрал почти точную копию. Только то, что на мне – я шила сама, а то, что протягивает он – пахнет брендом. И я оказываюсь права, когда вижу язычки с названиями.

– Ваш кофе, – улыбается он, поставив кружку на стол, – мы в расчёте.

– Что у тебя в кабинете делает эта одежда?

– Висит.

– Я уже говорила, насколько точны и гениальны твои изречения?

– Ты что-то упоминала о дедукции, но я готов послушать ещё раз, – смеётся Мартин и усаживается за рабочий стол.

– Не в моих привилегиях повторять.

– Как жаль, надеюсь, услышу ещё раз.

Сделав первый глоток, я закрыла глаза и замычала. Я уже говорила, насколько невероятно выпить кружечку кофе с утра? Скажу ещё раз: это прекрасно. Особенно, если никуда не торопиться и не вылить этот чудесный напиток на себя. Но через секунду понимаю: я сижу напротив незнакомого парня и издаю чуть ли не стоны от удовольствия. Распахнув глаза, я встречаюсь с дымчатыми серыми, которые внимательно следят за мной.

– Из тебя чудесный бариста, но мне пора. Фр… – успевая остановить себя на полуслове, я хочу вылить новую порцию кофе на голову, дабы мозги выплыли на нужную позицию в черепе. Никто не должен знать о том, что мой начальник на самом деле человек, с которым я провожу хоть и малую, но часть дня. Кроме того, он знает намного больше, чем положено знать человеку, который принял тебя на работу.

Марин щурит глаза и продолжает сверлить меня взглядом, из-за чего я ёрзаю на стуле. Не понимаю, почему чувствую себя неуютно в его компании, но, когда встаю и подхожу к двери – всё становится предельно понятно. Я вижу в нём Тома. Они похожи, только Том не такой любитель точности и порядка, скорей, это внешняя схожесть. И я вновь меняю мнение, когда Мартин закусывает колпачок ручки. Так делал Том, когда над чем-то размышлял. Хочется биться головой о стену до тех пор, пока не вышибу собственную память, хотя сомневаюсь, что и это поможет выбить образ бывшего парня.