Он садится на скамью в центре раздевалки.

— Ни для кого не секрет, что уход Харди с поля так рано был не лучшим решением для команды. Правда в том, что вам пришлось работать усерднее, чтобы заполнить пустоту, образовавшуюся из-за его отсутствия. В игре будет много моментов, когда придется отделять личную жизнь от льда. Но будут и такие, когда эта грань сотрется. Когда нужно будет оставаться верными себе и делать то, что правильно. Так что я не могу сидеть и говорить, что сам не сделал бы того же, что сегодня совершил Харди, потому что если бы услышал то дерьмо, которое лилось изо рта Пеллетье, я бы, наверное, сейчас сидел за решеткой.

Он поднимает взгляд, окидывая им каждого из нас.

— Я строг с вами, потому что знаю, что вы — чемпионы. Я жесткий, потому что хочу завести вас как можно дальше. Поздравляю с сегодняшней победой, ребята. Несмотря на подлости и грязные приемы, вы бились до конца и выложились на все сто. Я горжусь всеми вами.

Поправив кепку, он хлопает Томпсона и еще нескольких ребят по плечам и выходит из раздевалки. И хотя обычно мы бы сейчас ликовали, его слова, кажется, отрезвили.

А я покидаю арену с такой ненавистью в душе, какую никогда раньше не испытывал. Ненависть к бывшему Эддисон.

И эта ненависть только усилится на завтрашней игре.

Глава 22

Эддисон

— Черт возьми, я скучал по этим идеальным сиськам, — рычит Кам, прижимаясь губами к моей груди, а затем, словно охотник, направляется к губам.

Я стону от прикосновения, нуждаясь в нем так сильно, что просто разрывает. Уже несколько недель мы не занимались сексом. Болезнь, поездки в Северную Каролину, жизнь с родителями и забота о дочери, его сумасшедший график — все это не оставляет времени. Вот мы и оказались в его постели, между занятиями, словно пара одержимых сексом подростков.

Голая и возбужденная, я опускаюсь на колени и расстегиваю его джинсы. Мой рот уже наполняется слюной в предвкушении.

Когда его член оказывается перед лицом, я смотрю на Кэма, а он проводит большим пальцем по моей щеке.

— Скажи, чего ты хочешь, — шепчу я, обожая, когда он говорит вслух о своих желаниях. — Что хочешь, чтобы я сделала?

Его глаза слегка сужаются, когда Кэм берет член в руку и начинает дрочить.

— Я хочу, чтобы ты открыла рот, — он проводит рукой по затылку. — Хочу почувствовать, как член упирается в твое горло. Этот рот создан только для моего удовольствия.

— Только для тебя, — произношу я низким голосом.

— Высунь язык и оближи меня, будь хорошей девочкой.

С готовностью выполняя его приказ, я провожу языком по нижней части длины, а затем беру его в рот.

— Черт, — шипит он. — Ты великолепна с моим членом во рту.

Я работаю быстрее и усерднее, взяв член как можно глубже и удерживая. Обхватив задницу Кэма, я притягиваю его ближе, теряя контроль и задыхаясь.

— Черт возьми, а это горячо, — он смотрит на меня полуприкрытыми глазами.

Я стону, заставляя его бедра дергаться. Между ног влажно, и Кэм, должно быть, чувствует мое отчаяние, потому что резко поднимает меня и ложится на кровать, притягивая на себя.

— Скачи на моем члене, Эддисон. Заставь нас обоих потерять голову.

Я опускаюсь на него.

— О, — стону я. — Боже… Кэм.

Мои бедра начинают двигаться, пока его руки скользят по талии, а рот переходит от одного соска к другому, кусая и посасывая, сводя меня с ума.

Оргазм не наступает постепенно, а обрушивается на меня, словно лавина, заставляя вцепиться в плечи Кэма и закричать.

Он прижимается рот к моем.

— Черт, — стонет он. — Так чертовски горячо, когда ты стенки твоей киски сжимаются вокруг моего члена, выдавливаю каждую чертову каплю спермы.

Я дышу ему губы, пока последняя дрожь пробегает по телу.

— О, я еще не закончил. У нас есть несколько минут, — рычит он, уткнувшись носом в мои волосы. — Слишком долго мы не виделись.

Я скольжу рукой по его длине, обнаруживая, что член все еще твердый. Быстро Кэм переворачивает меня на живот и забирается сверху. Он обхватывает меня за талию, прижимая к матрасу. Разведя мои бедра шире, Кэм подталкивает член между моих ног, проникая внутрь и двигаясь в медленном ритме. Одна его рука крепко сжимает мою талию, в то время как другая сжимает волосы, дергая за них, когда тот трахает меня сзади.

— Кэм, — стону я, — так хорошо.

Отпустив талию, он с силой ударяет меня по заднице, снова и снова. Я морщусь, но это посылает волну возбуждения по телу, и я кусаю губу от удовольствия.

— Я долго не протяну.

Кэм проникает глубже, и мы оба стонем. Его рука обвивается вокруг моей шеи, проталкивая палец в рот.

— Соси мой палец, как ты только что сосала член, детка, — хрипит он. И вскоре после того, как палец оказывается у меня во рту, он кончает, как и я. — Иисус, Эдди, — выдыхает он. — Черт возьми, девочка.