– Имеете, кто ж спорит? Мы знаем закон «О полиции», – усмехнулся главный зулус.

– Волшебной палки нет, - сообщил городовой, закончив обыскивать учёного. – Вот, всё что нашлось.

В лапах льва лежали носовой платок, несколько леомийских купюр, старенький смартфон, большая золотая волчья монета – волчий червонец, равный ста волчьим рублям (валюта Люпуссии также называлась «рубль»). И ключ-карта от номера в гостинице.

– Вот и хорошо. Пойдёмте с нами, гражданин Курмель, - львы-полицейские пригласили волка сесть в патрульный внедорожник с бронированными окнами.

Маг тем временем не стал дожидаться, пока полицейские заметят его. Развернувшись, он бойко зашагал по тропинке, пролегающей между стенами старых домов непримечательного спального района, в котором он родился и вырос. Затем, подумав, он сошёл на запылённый вялый газон, чтобы его не выдал предательский стук когтей на его нижних лапах. Это львы могли втягивать когти, а он – нет. Его сердце бешено колотилось, лапы тряслись, он был напуган. Он едва не попался. Полиция уже носом землю роет в поисках его. Сколько он так продержится? Вопрос времени. Самое главное – он должен успеть сделать своё дело, а потом он что-нибудь придумает.

Всюду здесь неоновые вывески. Где-то неподалёку – жилые бараки. На земле можно заметить пустые мини-контейнеры от очира, иногда – стреляные гильзы. И какие-то детальки от имплантов злобных киборгов. Чьи-то кости… И около дорог слышится стрёкот скутеров.

– Алломарос! – произнёс заклятье Вомус, взмахнув палочкой из вишнёвого дерева.

Запертая на старый ржавый навесной замок калитка послушно ему поддалась, когда он её толкнул. Обезвреженный замок беспомощно повис на петле разошедшейся дужкой. Вормово, конечно, отнюдь не было престижным районом города, но даже у него была своя особо бедная и нищая часть, где жили совсем уж опустившиеся граждане. И, конечно же, среди них было множество неблагополучных семей, дети которых страдали и очень рано принимались за всякий мелкий криминал. По тамошним неписаным правилам эти малолетние преступники «ходили» под взрослыми бандитами, более опытными в такого рода делах. И он, Вомус Розаль, решил, что для достижения своей цели будет разумно завести дружбу с таким вот старшим бандитом, который за несколько сотен «одолжит» ему на время кого-то из своих мелких «подопечных». Как раз то, что нужно, разве не так?

– Эй, а ну стоять! – услышал он чей-то грубый пьяный голос.

Вздрогнув, белый маг юркнул за стенку какого-то ветхого убогого барака, вынув волшебную палочку. Кто это был? На полицейского не похоже.

– Покажись, гад, а то я за себя не отвечаю!

За этими словами последовал громкий выстрел из, кажется, охотничьего ружья. Готовясь выкрикнуть какое-нибудь страшное боевое заклятье, белый волк рискнул выглянуть из-за своего убежища и посмотреть, кто ему угрожает. Нервно оглядевшись, он задержал внимание на другом доме, расположенном прямо напротив барака, за которым он укрылся. Это было чуть менее убогое строение, сложенное из кирпича, с двумя этажами и более-менее целыми стёклами в старых деревянных рамах. На маленьком балкончике второго этажа стоял крупный толстый лев с голым торсом, грязной тёмной гривой и охотничьей двустволкой в лапах. Он сильно трясся, да и весь его облик говорил о его нетрезвом виде. Оскалив клыки, он злобно оглядывал ближайшие дома, дорожки, старые хилые заборчики и заросли кустов, готовый разрядить в того, кого здесь увидит, второй ствол своего ружья. И зачем этому пьянице сдался он, белый волк-маг? Кто знает, что в голове у этих любителей выпить? Наверное, подумал, что он хочет у него что-то украсть.

– А ну выходи! Неча у чужих домов на ночь глядя шастать! Или дробью тебя уго…

Договорить льву с ружьём было не суждено. Вздохнув от облегчения, волк взмахнул палочкой и произнёс лёгкое безобидное заклятье:

– Вырубись!

В тот же миг лев на балконе выронил из ослабевших пальцев оружие, покачнулся и грохнулся на пол, словно крепко заснул за долю секунды. Заклятье, мгновенно лишающее чувств, иногда бывает очень полезным. С этим львом ничего не случится, очнётся через час-другой. А ведь вместо него могли бы быть хорошо вооружённые ночные бандиты, мутанты, киборги или, ещё хуже, сами полицейские.

Смело выйдя из-за укрытия, белый волк продолжил осторожно красться меж убитых бедняцких бараков и контейнеров, обитатели которых должны сейчас крепко спать. Ему не нравилось это место, не нравились здешние дома, заборы из гнилых досок, незаметные в траве ямы, высокие заросли всяческих растений, среди которых попадались и опасные борщевики, которые мешали ему продвигаться. И, разумеется, он уже успел возненавидеть местные запахи: бензина, мусора, наркотиков, мерзкого самогона и дешёвого пива, которым утоляли жажду низы общества. Это воняло так, будто бы все жители ближайших кварталов умерли несколько дней назад, и их трупы начали разлагаться под жарким солнцем Леограда. Вначале он хотел дойти до притона детёнышей-беспризорников более цивильным путём, но встреча с милицейским патрулём, забравшим в отделение похожего на него волка, заставила его сменить планы. Он решил пройти здесь, дорогой, куда зулусы не заходят.

Вдруг он остановился. Тревожно оглядевшись по сторонам, он сунул лапу в карман пиджака и вынул свои заветные карманные часы. Затаив дыхание, маг осторожно поднял крышку. Тоненькие чёрные стрелочки на аккуратном белом циферблате за дорогим алмазным стеклом указывали на второй час ночи. Но не это его волновало. Оба его глаза – голубой и оранжевый – внимательно глядели на волшебный портрет белой волчицы в широкой белой шляпе. Она кивнула ему, поддержав спокойной милой улыбкой. Он кивнул в ответ и с такой же величайшей осторожностью закрыл крышку и вернул часы обратно в карман. Теперь его сердце налилось стальной решимостью. Он сделает всё возможное, чтобы достигнуть того, чего когда-то они вместе достичь не смогли.

Дебри Вормова встретили белого волка во всём своём извращённом «великолепии». По обе стороны от него стояли жуткие ряды бараков с тучами мостов и лестниц. Убогие дворы, заставленные старыми ржавыми машинами, у некоторых из которых были сняты колёса и закрашены густой чёрной краской номера. Горки, качели, турники для детёнышей – всё выглядело так, будто только ждало подходящего момента, чтобы сломать малышу спину или заразить какой-нибудь болячкой. Вомус не удивился бы, если б в местной песочнице обнаружилось змеиное гнездо.