Шрифт:
Белый волк тем временем не отставал от своей жертвы ни на шаг. Злость, гнев, ненависть и вместе с этим непонятный страх бурлили у него внутри. Он был словно дикий древний волк, ходящий на четырёх лапах и не имеющий разума, который преследует свою добычу, мясо которой может спасти его жизнь. Спустя несколько секунд бешеного бега белый волк понял, что его попытка во второй раз создать целебный эликсир, высосав жизненные силы из львёнка, провалилась. Из бараков и контейнеров по обеим сторонам улицы начали доноситься встревоженные голоса: звери просыпались, обеспокоенно выглядывали из окон, чтобы посмотреть, кто кричит и что происходит. Этот мелкий гадёныш переполошил всю улицу! Совсем скоро здесь и впрямь могут оказаться зулусы, которым он его сдаст, медлить нельзя!
Маг вытянул перед собой лапу, в которой была зажата волшебная палочка из вишнёвого дерева. Виртуозно собрав свою магическую силу в единый незримый кулак, он потратил коротенький миг на прицеливание и концентрацию для страшного непростительного заклятья:
– Абра Камору!
Из кончика палочки выстрелила стремительная белая молния, осветившая собой всю улицу вплоть до мелких трещинок в потрёпанных фасадах домов. Это был белый луч убивающего заклятья, действовавшего стремительно и безболезненно. Волшебник уже приготовился увидеть перед собой маленькое бездыханное тельце, бесшумно упавшее наземь. Но к его досаде противный мелкий львёнок в последнюю секунду успел отскочить в сторону. Злая белая молния в бессилии угодила в стену одного из дряхлых грязных бараков, разорвав её на кусочки и вызвав оглушительное обрушение всего строения. Наверное, там, под обломками погибли мирно спящие звери… Но это сейчас не волновало белого волка.
– Абра Камору!
Он опять в бешенстве выкрикнул убивающее заклятье – белая молния снова вылетела из кончика вишнёвой палочки, но опять везучему Леону удалось увернуться. С диким треском и грохотом где-то за углом неширокой улочки роем щепок и горящих искр разлетелась на части стена какого-то убогого контейнера с облупившейся синей краской. Волк гневно зарычал. Где-то совсем рядом уже раздался громкий вой полицейской сирены, из дверей бараков и контейнеров уже показались встревоженные обитатели, кто-то даже взял с собой дешёвый пистолет, револьвер и даже старенький дробовик. Что поделать – в Леомии было спокойное отношение к оружию, и в этом районе его было довольно много. Драгоценные секунды неумолимо утекали меж пальцев белого мага словно вода!
Тем временем маленький насмерть перепуганный Леон врезался в пожилую львицу-матрону в ветхой выцветшей шали, вышедшую перед ним на дорогу. Львёнок сначала вздрогнул от страха, но, когда поднял глаза на старческую морду львицы, плотно прижался к её старым одеждам, умоляя о помощи.
– Что случилось, мальчик? – встревожено спросила старушка. Тем временем к ним подошли и другие, крепкие и молодые львы, не боящиеся драки, которых точно не испугаешь палочкой, даром что волшебной.
– Это злой волшебник, - пискнул Леон, показывая лапой на белого волка, который уже остановился в паре десятков метров от них. – Он хотел меня убить. Прошу, спасите.
– Это он разрушил наши дома! – зычно рыкнул огромный рослый лев в простой серой рубахе, выйдя вперёд, навстречу белому волку. В лапах он держал охотничий карабин. – Так, братаны, ментов дожидаться не будем, покромсаем волчару здесь же!
Толпа разгневанных жильцов местных домов одобрительно загудела. Словно по команде львы, грузно ступая и рыча, начали надвигаться на него, на волка-чародея в белом пиджаке. В сантиметре от его головы пролетела пуля. На мгновение белый волк испугался, глядя на несколько десятков готовых разорвать его на части львов, но сразу же вернул себе хладнокровие и уверенность усилием воли. Вскинув волшебную палочку, он испустил несколько ярких световых искр и струю пламени, поднявшуюся высоко над крышами местных домиков и осветившую на короткий миг всё вокруг, будто бы ночь внезапно сменилась днём.
– Все назад! – бешено прорычал волшебник, направив палочку на толпу. – Я маг! Ещё шаг – и всех вас сожгу! Отдайте мне мальчишку!
– Щас! – насмешливо крикнул кто-то из толпы. – Ты разрушил наши дома, а мы перед тобой взад уходить должны? Беспредел творить хочешь? Нет уж!
– Ты нас своими фокусами не напугаешь!
– Бей его!
– Что ж тебе мальчик сделал, ирод окаянный? – спросила старая львица, крепче обняв напуганного Леона. – Зачем хочешь его погубить?
– Давайте, замочим его!
Толпа, загудев, словно рассерженный улей, продолжила двигаться на него. Кто-то направил на него дуло ружья, у кого-то был пистолет. Совсем рядом сердито пронеслась пуля, выпущенная из чьего-то древнего револьвера. В этот же миг в душе волка вспыхнуло пламя неудержимого гнева и жгучей ярости, которое заполонило весь его разум. Его же собственное правило не причинять ненужных смертей сейчас кануло в небытие. Теперь он стал настоящим злым колдуном.
– Сами напросились! – зарычал он, почувствовав, как магическая сила исходит из его пылающего яростью сердца, переходит в лапу и готовится вырваться из кончика палочки. – Абра Камору!
Белая вспышка вновь осветила улицу, высвободив ослепительную молнию убивающего заклятья. Когда она погасла, на грязный тротуар свалилось бездыханное тело кого-то из толпы. Миг – и жизнь зверя оборвалась!
– Абра Камору! – выкрикнул белый маг снова, и львёнок Леон, громко пискнув перед смертью, обвис в лапах старой львицы. Со следующим ударом белого луча старушка также повалилась на землю, издав напоследок жалобное кряхтенье.
Белая молния ударила ещё раз, ещё раз и снова. Сердце волчары бешено колотилось, подогреваемое неумолимой яростью и гневом. С каждой ослепительно-яркой белой вспышкой обрывалась чья-то жизнь, навеки останавливалось чьё-то сердце. И он получал от этого неописуемое наслаждение.