Шрифт:
В общем, в этом плане, как и во множестве других моментов, наши дела стали так себе, после появления в моём доме Евы. Но в целом, смотря сейчас на происходящее в доме через призму этого небольшого, прошедшего промежутка времени, то всё вполне себе нормально, потому что, как и ожидалось от неё, Ева быстро подружилась со всеми.
Разве что Элизабет и я не до конца верим ей, исходя из того нашего с ней разговора. Однако время идёт и я всё больше уверяюсь в том, что Элизабет лишь надумала себе лишнего.
Что же до рода Евы, то он всё это время бездействовал, как ничего серьёзного, так и ничего мелкого, вроде банального сообщения, отправленного ей на телефон, они не предпринимали. И это лишний раз всех нас напрягало — было бы куда проще, объяви они о своих намерениях сразу, как когда-то это сделал род Картер.
Если же подвести итог, то жизнь, по большому счёте, после появления Евы всё равно продолжала идти своим неспешным чередом. Самое же неожиданное, что было за эти дни — это, очевидно, одно крайне важное объявление нашей классной руководительницы в один из самых обычных классных часов.
И звучало оно примерно так:
— Ваш класс выполнил необходимые требования и в этом году будет одним из двух классов первогодок, что отправиться на обучение за барьер, — и не успел я этому удивиться, как она тут же добавила: — Обучение начнётся со следующей недели. Инструкции, как это всё будет происходить и что вам нужно будет делать — только что были высланы вам. При желании, можете это проверить прямо сейчас.
Разумеется, после этих слов весь класс именно так и сделал. Я, конечно же, в этом плане не был исключением.
И действительно — среди множества сообщений было одно новое, отправленное официально от лица школы. Открыв же его я увидел огромный текстовый файл, наполненный так же картинками и видео, наглядно показывающие то, о чём до этого момента лично я лишь слышал ходящие по Империи слухи.
Но интересовало меня в этот момент совершенно не это.
Пока все были увлечены изучением файла, я повернулся к Тосио и спросил:
— Ты с этим как-то связан?
— Не понимаю, о чём ты, — улыбаясь своей обычной улыбкой, ответил он мне.
Сказать точно — врал ли он мне в этот момент я, к сожалению, не смог. Но сам факт, что я недавно заговорил с ним на эту тему, а теперь, спустя столь небольшой промежуток времени, происходит это — не мог не насторожить. А ещё больше сомнений во мне появилось, когда я узнал, что вторым классом, среди прошедших первогодок, оказался именно тот класс, в котором учиться Алиса.
Однако при всём при этом я не даже приблизительно не мог представить, как бы он смог на всё это повлиять. А главное — зачем ему это?
Тем более, в связи с этим для нас поднялся куда более важный в этот момент вопрос:
— И как поступим с приёмом? — спросила Элизабет, сидя на большом умывальнике с раздвинутыми ножками и застёгивая рубашку, когда мы втроём закончили с нашим очередным совместным «отлучением по важным делам бизнеса». — Проведём его до или после выхода за барьер?
— Лучше до, — высказалась Алиса, поправляя грудь в бюстгальтере, отчего та немного колыхалась. — В таком случае, если что-то произойдёт, то с большей вероятностью все захотят помочь, а значит — меньше риска.
— Согласна, но с этим же есть проблема: ставки многократно возрастут и из-за малейшей оплошности могут возникнуть серьёзные проблемы, — начала натягивать она трусики.
— Проблемы можно решить, а жизнь всего одна, — опустила она лежащую у неё на груди футболку, после чего, немного оглядевшись, чуть ли не зарычала: — Аргх! Как меня это уже достало! Вот где мои трусики?!
— Вон, — указал я пальцем на её белые трусики, лежащие под умывальником.
Ещё раз недовольно прорычав, она нагнулась, будучи полностью оголенной попкой ко мне, и начала их поднимать. Однако почти сразу…
— Фу! — с омерзением выкрикнула она, отбросив их и сразу же замотав рукой, отряхивая её. — Они мокрые!
— Ну, в воде, наверное, — окинул я взглядом весь умывальник с несколькими влитыми раковинами в нём.
— А если ни черта не в воде?! — продолжала она злиться. — А вдруг это кто-то харкнул, или ещё чего похуже тут делал?!
Забавно это слышать от той, кто только что занималась на этом умывальнике вместе с нами этим самым «похуже», из-за чего нам сейчас придётся ещё быстро это всё прибирать, чтобы никто не узнал, чем мы тут занимались, пока работа на заводе продолжалась.