Рэмси сел на койку, сложил аппаратуру, закрыл ящик и спрятал его под стол.

Он завалился на постель, глядя на узор заклепок над головой. «А что, если план мой не сработает? Имеется ли у меня альтернатива на случай непредвиденных обстоятельств?» Тихие постукивания и урчание механизмов подлодки уводили Рэмси в какие-то фантастические миры. Он погрузился в беспокойный сон, а когда проснулся, чтобы заступить на следующую вахту, понял, что ни капельки не отдохнул, припоминая сны – нет, кошмары – которые никак не удавалось объяснить.

Автотаймер показывал двенадцать дней семь часов и пять минут с момента отправления. Вторая половина вахты Гарсии и первая – Боннета. Красное пятнышко на сонарной карте находилось у побережья Нордкапа: отмели, где «Рэм» прижимался ко дну на глубине в 100 фатомов. Центральный пост ярко освещен, мерцали индикаторные лампы, рычаги и штурвалы отбрасывали плотные тени. Постоянное шевеление стрелок приборов. Два человека, занятые своим делом, напоминают рабочих в металлической пещере.

Боннет поглядел на показатель статического давления: 260 фунтов на квадратный дюйм.

– Что это шкип надумал так близко прижаться к берегу? – Не надо задавать так много вопросов. – Гарсия ненадолго изменил угол наклона носовых рулей, поглядел на репитер показателя глубины. – Мы в двадцати футах от дна.

Из тыльной двери вышел Спарроу.

– Локаторы ничего не показывают?

В его голосе чувствовалась усталость. Он закашлялся.

– Ничего, – ответил Боннет.

– Это уже их воды, – сказал Спарроу. – На северном побережье у них нет береговых следящих станций, только южнее, в Норвегии. – И все-таки мы в опасной близости от них, – заметил Боннет. Он тоже поглядел на репитер глубины. – И здесь чертовски мелко. – И ты не считаешь, что для нас это самое безопасное место?

– Нет.

– Прекрасно. Значит и они так думают. Они знают, что мы – глубоководный буксировщик. Вот они и рыскают в Норвежском бассейне. Там глубина соответствует нашему пределу погружения. – Ну и?

– Поэтому мы и решили проскочить по мелководью. – Он поглядел на Гарсию, потом на карту. – Джо, курс – семьдесят градусов. Гарсия повернул штурвал, проследил по компасу, пока они не встали точно на курс, а потом и он поглядел на карту.

– Новая Земля, – прошептал он.

– Лес, найди-ка для нас изобару, идущую параллельно нашему курсу.

Хотелось бы подольше идти не открываясь.

Боннет достал карту региона, покрытую плотно линиями изобар.

– Джо, пять минут держи нас на курсе 69o. Гарсия коснулся руля. Теперь все следили за репитером показателя температуры забортной воды. Внезапно вода стала холодней на 15o. – Возвращайся на прежний курс, – приказал Спарроу.

Теперь «Рэм» пробирался под покровом холодной воды.

– Так держать, – сказал Спарроу. – Выставить локатор на дальний поиск.

Надо идти прямо.

– К Новой Земле, не так ли? – спросил Гарсия. – Там ракетная испытательная база «восточных», – сообщил Боннет. – Там полно самолетов, и все напичкано детекторной аппаратурой. – Мы провертели скважину прямо у них под носом, – сказал Спарроу. Уж если нам удалось ее пробурить, и они нас не услыхали, нам и удастся и опорожнить месторождение досуха, чтобы они не вычислили. – Они тоже ищут здесь нефть?

Спарроу по-волчьи оскалил зубы в усмешке, его длинное лицо блестело в свете индикаторных ламп контрольных систем.

– В том-то вся и прелесть! Они и понятия не имеют, что здесь есть нефть!

– Господи, – прошептал Боннет. – Девственная скважина! И что, мы будем искать ее по каким-то знакам?

И вновь Спарроу внутренне содрогнулся, в то время как его глаза следили за красным пятнышком на сонарной карте. «Если „восточные“ засекут нас здесь, для них это перестанет быть секретом, – подумал он. – Но мы теперь в Божьих руках».

– Будем искать узкую расщелину, – сказал он. – Ее называют «кишкой», и она тянется поперек островного шельфа. Если искать, то пропустить ее будет невозможно. Глубина ее 3600 футов, а ширина – всего лишь 400. – И правда, расщелина, – заметил Гарсия. – И мы войдем в нее? – Нет. Для нас это указатель. – Он снова поглядел на карту. – При данной скорости нам до нее идти тридцать три часа. – Спарроу повернулся к выходу. – Если что изменится, вызовите.

И он вышел.

– Если что-то изменится, – пробормотал Боннет. – Здесь мы у всех на виду, как подсадные утки. Если что и изменится, то это рыба у нас в желудках. Вот тогда он проснется.

– А мне кажется, что он прав, – сказал Гарсия. – «Восточные» будут искать нас в глубоких водах. А здесь, похоже, мы прорвемся. – И все же мне страшновато, – ответил Боннет. Он замолк, следя за показаниями локаторов.

«Рэм» несся вперед через мели, как перепуганная рыба. Стрелки таймера продолжали отсчитывать время.