— Нет.

— Думаю, он пригласил ее потусоваться у бассейна.

Ее глаза становятся еще больше.

— Здесь есть бассейн?

— А также фитнес-центр, спа и диет-центр.

— Черт, — произносит она.

— С ней все будет в порядке. — Я пытаюсь ее успокоить. — Она в здании, так что далеко не уйдет.

— Мне не понравилось, как тот парень, Дэвид, смотрел на нее.

— Как он на нее смотрел?

— Не знаю, — говорит она и сдувает прядь волос, выбившуюся из хвоста, с глаз. — Как будто она его привлекает.

— Конечно, привлекает. — Она чертовски сногсшибательна.

Не то чтобы я был удивлен. Всегда знал, что мой и Ванессы отпрыск будет таким. Она высокая для девушки, может быть, метр восемьдесят. Густые каштановые волосы волнами достались ей, должно быть, от меня, а большие глаза с носом-пуговкой — от мамы. В ее ДНК заложено совершенство.

— Я поговорю с Дэвидом. Скажу ему, чтобы он отстал.

Ванесса качает головой.

— Нет, не надо. Она никогда не простит мне, что я вмешалась.

Не могу поспорить. Что я знаю о воспитании девочки-подростка? Ни черта, вот что. Но знаю, о чем думают юноши возраста Дэвида, поэтому мысленно отмечаю, что надо присматривать за ним.

— Вкусно. — Хвалю еду, потому что она действительно хороша. Я удивлен, что она так легко смогла что-то приготовить. Ванесса, которую я знал, не могла разогреть пиццу.

Она с опаской смотрит, как я откусываю.

— Я должна пойти прибраться. — Ванесса поднимается на ноги и спешит к двери.

— Нет, не надо. — Я хватаю ее за предплечье, чтобы остановить.

Тарелка выскальзывает у нее из рук и разбивается об пол.

— Черт! — Я наклоняюсь, чтобы убрать беспорядок.

Она опускается на корточки, чтобы сделать то же самое.

— Не надо. — Я пытаюсь заставить ее позволить мне убрать. — Я сам!

— Не кричи на меня! Это ты меня схватил. — Она собирает разбитые осколки.

— Я же сказал, что сам уберу!

— Почему ты так злишься?

— Я не злюсь! — рычу я.

Ванесса не вздрагивает и не отступает. Наоборот, наклоняется еще ближе к моему лицу.

— Прекрати кричать на меня!

— Я не кричу! — Когда мой голос эхом отражается от стен, я понимаю, что очень даже кричу. — Просто не трогай. Ты порежешься.

Она полностью игнорирует меня.

— Не указывай мне, что делать. — Собрав в руки осколки тарелки, она уходит в дом.

Я провожу обеими руками по волосам и дергаю. Господи, эта женщина всегда задевала все мои нервы. Находиться рядом с Ванессой — все равно, что подключить мою центральную нервную систему к атомному источнику энергии. Стимулирует — это еще мягко сказано.

С тарелкой и бокалом в руках я присоединяюсь к ней на кухне, где она убирает посуду в раковину. Мне приходится немного потеснить ее, чтобы добавить свою тарелку, но она не уклоняется от меня, а стоит на месте.

— Почему бы нам обоим не сказать то, что мы действительно хотим сказать, и не закончить этот разговор? — Я с грохотом опускаю тарелку.

Глядя прямо перед собой, она выключает воду и вытирает руки, и только после этого поворачивается ко мне лицом.

— Думаю, ты прав.

— Может, нам стоит посидеть в столовой...

— Да кто ты такой, мать твою. — Ванесса подкрепляет свое ругательство тычком пальца в мою грудь. — Думаешь, что можешь влезать в нашу жизнь и выдвигать требования, а? Ты не заслужил право быть здесь. Когда ты узнал, что я беременна, ты хотел, чтобы я покончила с этим. Хотел, чтобы мы оба исчезли!

Я подаюсь вперед, вторгаясь в ее пространство, но, черт возьми, женщина не сдвигается с места.

— Это чушь, и ты это знаешь. Ты говоришь себе, что все так и было, чтобы не брать на себя ответственность за то, что испугалась и сбежала, а не встретилась со мной лицом к лицу. Ты прислала мне гребаное письмо, Несс. Письмо, в котором говорилось, что ты беременна. Я звонил тебе несколько дней, но ты не отвечала. Ты постоянно говорила о своих грандиозных планах, и я предположил. Решил, что ты хочешь прервать беременность. Мне чертовски жаль, что я ошибся.

— Ха! Как будто ты бросил бы все дела, чтобы прийти и поддержать маму-подростка? Да ладно! У тебя тоже был план.

— Был. И все пошло прахом после твоего исчезновения.

Впервые она отступает на шаг. Смущение искажает ее черты.

— Что это значит?

— Забудь об этом. — Я отворачиваюсь от нее, чтобы налить себе еще выпить. Черт, может, я просто возьму всю бутылку.

— Нет, ты хотел разобраться с этим дерьмом. Давай разберемся. Что значит, твой план провалился?

Я опрокидываю в себя порцию текилы.