Уильямсов можно было понять — они столкнулись с жестокой реальностью, где дочь хранила грязные секреты о своей жизни, и теперь эта тень легла и на них самих. Сэвидж задумался, как бы он себя вел в такой ситуации? Если бы узнал, что у его детей или супруги есть тайны, которые бы обернулись проблемами им всем? Грозился бы засудить за клевету всех, как миссис Уильямс? Или пытался доказать невиновность дочери, несмотря на очевидные свидетельства, как это делал мистер Уильямс?

Он не знал. Мог лишь предполагать, строить догадки, план действий, однако сам он никогда не сталкивался с подобным. Работа в полиции научила его держать язык за зубами. Он не хотел бы, чтобы родным стали известны подробности того, с чем ему приходилось сталкиваться. Наверное, и ему не хотелось бы узнать что-то такое о них… Эта стена секретов, которая казалась чем-то ненормальным, виделась Джеймсу единственным, что могла спасти их семью в случае чего. Иногда ему безумно хотелось разрушить эту стену, поделиться с Эмили столь многим, но знал, что эта откровенность лишь испортит ей жизнь…

Раздался настойчивый телефонный звонок в гостиной. «Должно быть, родители Эми», — решил Джеймс, выглядывая в коридор.

— Я отвечу, — заверила его Эмили. Она стянула фартук, небрежно кинув его на стул. На лице ее было радостное предвкушение. — А ты пока проверь индейку.

Джеймс кивнул, однако невольно одним ухом прислушивался. От этой дурацкой рабочей привычки он никак не мог избавиться.

— Алло?... Да, привет, мам!.. — донесся до него веселый голос жены, однако спустя несколько секунд тон ее начал постепенно меняться. — Да… Да?..

Она умолкла, но даже в этой тишине Джеймс чувствовал ее огорчение. В детективе взыграло беспокойство — естественно, он привык первым делом предполагать худшие варианты развития событий. Но раз она не металась, не было восклицаний, значит, ничего трагичного… Но «трагичное» бывает разным для всех.

— Проследи, чтобы твоя сестра не посыпала шоколадом кукурузу, хорошо? — попросил он Джанет, не повышая голоса, чтобы дочери не передалось его волнение.

— Хорошо, пап.

Поцеловав дочь в макушку, он вышел в коридор, шагая тихо, продолжая прислушиваться к разговору.

— Да, ничего, мам... Все в порядке... С Днем Благодарения.

Эми положила трубку, и тяжело вздохнула. Жена стояла, прислонившись к стене, потирая глаза.

— Все в порядке? — осторожно спросил Джеймс, и женщина, вздрогнув, повернулась. Глаза ее влажно блестели.

— Родители не приедут, — она даже не скрывала своего разочарования.

— Что-то случилось? С Генри и Эстер все хорошо?..

— Да, — Эми раздраженно повела плечами. — Просто… не приедут.

Она явно что-то недоговаривала, Джеймс чувствовал, что должен поддержать ее хоть как-то. Он знал, насколько для Эмили было важно, чтобы родители присутствовали на праздниках. Это была нерушимая традиция.

— Эй… — Сэвидж мягко провел рукой по плечу, но Эми не подняла глаз. — Все в порядке. На Рождество поедем к ним, как всегда. С ними же все хорошо. Просто, видимо, жизненные обстоятельства…

Она молчала, будто пытаясь принять его слова, его попытку приободрить ее.

— Ладно, неважно, — она прошла мимо, так и не взглянув на супруга, оставив его одного в пустой гостиной.

Слушая, как Эми, изображая энергичность и жизнерадостность, скрывая свою досаду от дочерей, Джеймса не покидало неприятное чувство, что это он виноват в том, что гостей сегодня не придется ждать. Это были глупые мысли, но отогнать их было сложно.

Как и любому человеку ему хотелось, чтобы хотя бы дома проблемы оставались где-то в стороне. Для него дом должен был оставаться островком спокойствия и благополучия, которое детектив рассчитывал защищать любой ценой. Но когда проблемы приходят изнутри… Джеймс всегда терялся.

И вот сейчас, когда они вместе с Эми объясняли расстроенным Эбби и Дженни, что долгожданного приезда дедушки и бабушки сегодня ждать не стоит. Младшая девочка не сдержала слез, и Эми пришлось успокаивать ее, словно стараясь утешить и себя саму вместе с дочкой.

Традиционный семейный обед тоже проходил в достаточно напряженной атмосфере. Джанет всеми силами старалась держаться, не уподобляясь капризной сестре, пока Эми отвлекала девочек разговорами о предстоящих закупках к рождеству.

— А папа пойдет с нами? — спросила Эбигейл, нехотя ковыряясь в тарелке с едой. Она почти ничего не съела.

— Увы, дорогая, папа будет сильно занят на работе, — Эми отрезала кусок индейки с каким-то недовольством. — Но мы непременно проведем хорошо время вместе.

— Это все из-за того, о чем говорят, да? — спросила вдруг Джанет, глядя на отца, застав его врасплох внезапным вопросом. Раньше дочь никогда не проявляла интереса к его работе. — О том страшном убийстве.

— Милая, об этом не стоит говорить за столом, — с нажимом начал Эми, но Дженни не сводила глаз с отца, ожидая его ответа.

На мгновение детектив поймал знакомый острый взгляд жены с немым предупреждением — «не смей раздувать эту тему».

— Э-э-э… Кхм, милая, видишь ли… — начал Джеймс, аккуратно подбирая слова. — Это дело очень непростое, однако требует всецело моего внимания, чтобы как можно быстрее поймать убийцу…